– Ладно, – кивнул Айват и развалился на травке, заложив руки за голову.

Они молчали довольно долго, а потом Мьюла предложила:

– Пойдем домой.

– Нет, я не уйду, пока ты не расскажешь, что стряслось.

– Ну ты как хочешь, а я пошла! – обозлилась она и сделала несколько шагов вниз по склону. Обернулась: – Ты идешь?

– Нет. Я останусь здесь, пока ты мне все не расскажешь.

– Что, и на ночь останешься? – ядовито поинтересовалась Мьюла.

– И на ночь.

– И на день?

Он промолчал.

– Айват, это глупо!

– Глупо… – Он встал, отряхнул со штанов травинки и подошел к ней. – А помнишь, ты сказала, что в нашей семье мы все всегда будем решать вместе?

Мьюла растерянно кивнула.

– Так почему сейчас ты хочешь все решить сама?

– Как ты узнал? – ахнула Мьюла.

Айват не ответил. Он вздохнул и привлек ее к себе. Она уткнулась носом ему в плечо и заговорила. Он слушал затаив дыхание, а потом сказал:

– Пойдем домой, а то уже ужинать пора.

– А что будем делать с… ним? – Мьюла прижала руку к животу и внезапно вздрогнула от изумления. Она знала, что на таком коротком сроке этого просто не может быть, но ей вдруг показалось, что там, внутри нее, в страхе и ожидании бьется крохотное сердечко нерожденного ребенка.

– Мы решим это завтра утром, – ответил Айват. – И знаешь что… Я думаю, Сцил тоже должен принять участие в решении.

– Но он еще ребенок, – возразила Мьюла. – Ему всего семь лет!