– А что они обсуждают сейчас? – шепотом спросил Ваймс.
– Нет прецедента, – пробормотала Шелли. – Предполагается, что вы – наемный убийца. Однако вы добиваетесь аудиенции у короля. С другой стороны, у вас Лепешка…
– Нет прецедента? – переспросила Сибилла. – Что за пижню они несут, простите мой клатчский!
Набрав полную грудь воздуха, она вдруг запела.
– Ого! – пораженно воскликнула Шелли.
– Что?
Гномы уставились на Сибиллу, а ее голос становился все сильнее, пока не достиг полной оперной глубины. Для непрофессиональной певицы у нее были вполне впечатляющее сопрано и хороший диапазон. По оперным меркам ее голос слегка дребезжал, но он обладал именно той колоратурой, которая требовалась, чтобы произвести на гномов должное впечатление.
Снег скатывался с крыш, дрожали сосульки. «Ничего себе, – удивленно подумал Ваймс. – В утыканном шипами корсете и шлеме с крылышками она вполне может уносить с поля боя павших воинов…»
– Это Ария Выкупа, исполняемая Железным Молотом, – пояснила Шелли. – Ее знает каждый гном! Э… Не ручаюсь за точность перевода, но в ней говорится примерно следующее: «Я пришел заплатить выкуп за мою любовь, принес подарок огромной ценности, и только король обладает властью надо мной, стоять на моем пути противоречит всем законам мира, ведь истина дороже золота». Э… Вокруг последней строки было немало споров, сэр, но потом все признали ее приемлемой, учитывая, конечно, что истина ну очень большая…
Ваймс перевел взгляд на гномов. Они были просто зачарованы. Некоторые губами проговаривали слова арии.
– А это сработает? – шепнул Ваймс.
– Невозможно представить более соответствующий ситуации прецедент, сэр. Это ведь песнь песней! Абсолютная мольба! Она является неотъемлемой частью гномьих законов, почти неотъемлемой! Они
На глазах у Ваймса один из гномов достал из кармана маленький кольчужный носовой платочек и, звякнув им, с чувством высморкался. У кое-кого текли по щекам слезы.
Когда стихла последняя нота, воцарилась тишина, а потом гномы принялись лупить топорами по щитам.
– Все в порядке! – улыбнулась Шелли. – Они аплодируют!
Сибилла, с трудом переводя дыхание, повернулась к мужу. Ее лицо блестело в свете факелов.
– Как по-твоему? Подействовало? – спросила она.
– Судя по этому грохоту, тебя избрали почетным гномом, – хмыкнул Ваймс и протянул ей руку. – Ну что, идем?