Трое Всадников явно забеспокоились, занервничали.

– Это исходит от них? – спросил Война.

– ДА. ЭТО СТРАХ И НЕНАВИСТЬ, КОТОРЫЕ МАТЕРИЯ ПРЕДНАЗНАЧИЛА ДЛЯ ЖИЗНИ. А ОНИ НОСИТЕЛИ ЭТОЙ НЕНАВИСТИ.

– Тогда мы бессильны, – развел руками Чума. – Их слишком много!

– ТАК ДУМАЕШЬ ТЫ? ИЛИ ВСЕ ЖЕ ОНИ? – резко осведомился Смерть.

– Они все ближе и ближе, – сообщил Война.

– ЗНАЧИТ, БУДЕМ ДРАТЬСЯ, ПОКА ХВАТИТ СИЛ.

– Четыре клинка против армии? Ничего не получится!

– НЕСКОЛЬКО МГНОВЕНИЙ НАЗАД ТЫ СЧИТАЛ ИНАЧЕ. КТО ГОВОРИТ ЗА ТЕБЯ? ЛЮДИ МНОГО РАЗ ПРОТИВОСТОЯЛИ НАМ И НИ РАЗУ НЕ СДАЛИСЬ.

– Да, – согласился Чума. – Но с нами они всегда могли надеяться на прощение.

– Или на перемирие, – добавил Война.

– Или на… – начал было Голод, замялся и наконец выпалил: – Дождь из рыб?.. – Он заметил выражение их лиц. – Однажды это правда случилось! – вызывающе добавил он.

– ЧТОБЫ В САМЫЙ ПОСЛЕДНИЙ МОМЕНТ ТВОЯ СУДЬБА ВДРУГ ИЗМЕНИЛАСЬ, НУЖНО ПРОЖИТЬ ЕЕ ДО САМОГО ПОСЛЕДНЕГО МОМЕНТА, – ответил Смерть. – МЫ ДОЛЖНЫ СДЕЛАТЬ ВСЕ ВОЗМОЖНОЕ.

– А если ничего не получится? – спросил Чума. Смерть подобрал поводья Бинки. Аудиторы были уже совсем рядом. Смерть мог различить отдельные, но абсолютно идентичные лица. Убей одного, и на его месте встанет дюжина.

– ЗНАЧИТ, БУДЕМ ДЕЛАТЬ ТО, ЧТО МОЖЕМ, – сказал он, – ПОКА МОЖЕМ.

Облаченный В Белое Ангел, сидя на своем облаке, лихорадочно листал книгу.

– О чем они там говорят? – спросила госпожа Война.

– Не знаю, не слышу! Проклятье, эти две страницы слиплись! – воскликнул ангел, безуспешно царапая их пальцами.

– А все потому, что он отказался поддеть фуфайку, – твердо заявила госпожа Война. – Хотя я ему…

Она вынуждена была прерваться, потому что ангел вдруг сорвал с головы нимб и принялся пилить им края слипшихся страниц, рассыпая искры и издавая скрежет, словно кошка скользила вниз по классной доске.