Ронни Каос надел шлем, и Хаос обнажил свой меч. Он весь сверкал, и, подобно стеклянным часам, его клинок вторгался в иной, гораздо более сложный мир.

– Один старик объяснил мне, что нужно жить и все время учиться, – сказал он. – Что ж, я достаточно пожил. И только сейчас узнал, что лезвие меча по сути своей бесконечно. А еще я научился делать очень хороший йогурт, но сегодня это умение мне не понадобится. Ну что, парни, зададим им хорошую трепку?!

Далеко внизу по улице шли Аудиторы.

– И в чем же заключается самое Первое Правило? – спросил один из них.

– Не важно. Я – это правило! – Аудитор взмахнул топором, вынуждая всех расступиться. – Послушание необходимо!

Аудиторы, не спуская глаз с тесака, нерешительно переступали с ноги на ногу. Они изведали, что такое боль. Прежде они этого не знали – миллиарды и миллиарды лет своего существования. И тот, кто это узнал, не испытывал ни малейшего желания почувствовать боль еще раз.

– Очень хорошо, – кивнул господин Белый. – А теперь возвращайтесь…

Откуда-то вылетело и разбилось о булыжники шоколадное яйцо. Толпа Аудиторов двинулась было вперед, но господин Белый несколько раз рубанул топором воздух.

– Назад! Все назад! – завопил он. – Вы, трое, найдите, кто его бросил! Оно вылетело из-за прилавка. Никому не притрагиваться к коричневому материалу!

Он наклонился и осторожно поднял большой кусок шоколада, на желтой глазури которого можно было различить изображение улыбающейся утки. Трясущейся рукой, чувствуя, как на лбу выступает пот, он поднял осколок над головой и триумфально потряс топором. Толпа разом вздохнула.

– Вы видите? – закричал он. – Тело можно победить! Видите? Мы можем научиться жить! Будете вести себя хорошо – получите коричневый материал, а если будете вести себя плохо, вас сразит острое лезвие! О…

Он опустил руки, увидев, что к нему ведут отчаянно отбивавшуюся Едину.

– Наш следопыт, – сказал он. – Наш отступник… Подошел к пленнице.

– Ну, чего пожелаешь? – спросил он. – Коричневого материала или острого лезвия?

– Это называется «шоколад», – резким тоном ответила Едина. – Я его не ем.

– Вот и проверим, – ухмыльнулся господин Белый. – А твой приятель предпочел топор!

Он показал на тело Лю-Цзе.

Вернее, на голые булыжники, на которых прежде лежало тело Лю-Цзе.

Чья-то рука похлопала его по плечу.