– Да не знаю я! Он сказал, что отвез их во Дворец в крытой тележке, у него был пропуск, чтобы охранники не проверяли груз. Еще сказал, что ему велели получше одеться, чтобы никто не узнал в нем могильщика. И то верно – к чему людей зря пугать, особенно сестер, ведь они беседуют с Создателем. Хэм сказал, что сделал, как было велено, и гордился тем, что никто не заметил, как он привез трупы. Вот и все. Больше он ничего не рассказывал. Мне больше ничего не известно, клянусь милостью Создателя!

– Трупы? Ты сказал – трупы? – Верна стянула воротник у него на шее и угрожающе поглядела в глаза. – Сколько? Сколько трупов он вырыл и отвез во дворец?

– Два.

– Два... – шепотом повторила она, широко раскрыв глаза. Могильщик закивал.

Руки Верны разжались, выпустив воротник мастера Спрула.

Два.

Два тела, завернутые в саван. Сжав кулаки, она зарычала от ярости.

Мильтон, сглотнув, поднял руку.

– И вот еще что. Хотя не знаю, важно ли это...

– Что? – сквозь зубы выговорила Верна.

– Он сказал, что могилы нужно было разрыть срочно и что с одним телом он справился быстро, потому что оно было маленьким, а вот с другим пришлось повозиться. Покойник, мол, здоровенный был мужик. Я не подумал спросить его еще о чем-нибудь. Извините.

Огромным усилием воли Верна выдавила из себя улыбку.

– Спасибо, Милтон, ты очень помог Создателю.

Он застегнул измятый воротник.

– Спасибо вам, сестра. Мне никогда не хватало мужества пойти во Дворец. Люди меня недолюбливают. Ну, короче, я ни разу там не был. Не могли бы вы благословить меня, сестра?

– Охотно, Милтон. Ты потрудился на Его благо.

Закрыв глаза, могильщик пробормотал молитву. Верна положила руку ему на лоб.

– Да благословит Создатель свое дитя, – прошептала она, коснувшись его своим Хань. Могильщик ахнул. – Ты забудешь все, что тебе рассказал Хэм. Будешь помнить лишь, что он хорошо сделал порученную ему работу, но забудешь, в чем она заключалась. А после моего ухода забудешь о том, что я здесь была.

Глаза могильщика под закрытыми веками на мгновение закатились, затем ресницы его распахнулись.

– Благодарю вас, сестра.