Я кликнул воина, дежурившего неподалеку, и приказал позвать ко мне Кара Варнана. Известие о том, что мы выступаем этой же ночью, несказанно обрадовало великана.

– Я все проверил, – отрапортовал Варнан, – воины готовы, настроение боевое.

– Отлично, – сказал я, размышляя о том, что больше половины людей, испытывающих сейчас боевое настроение, не доживут до рассвета. Зато те, кто останется в живых, смогут сполна почувствовать, что такое истинно королевская благодарность, решил я.

К ночи мы снялись с места и двинулись к городу. Я шел впереди, рядом со мной вышагивал Кар Варнан, то и дело оглядываясь назад – наверное, он проверял, все ли сохраняют «боевое настроение». Воинство дружно передвигалось за нашими спинами, они тащили тяжелую Люсильду и несколько изобретенных Кугелем Кремонширом легких осадных машин.

Мы остановились на холме, с которого когда-то я уже имел счастье наблюдать укрепленный город. Я решил, что отсюда будет проще всего управлять ходом битвы, так как обзор был просто великолепным. Теперь город выглядел еще более неприступным, чем раньше. Однако я заставил себя отбросить мрачные мысли и сконцентрироваться на четком выполнении разработанного плана.

Несколько сотен королевских стражей ожидали нас под стенами города. Ночь была далеко не такой темной, как я надеялся. Луна освещала окрестности белесым светом, тускло посверкивали в ее свете шлемы, щиты и кирасы. Воины короля были во всеоружии, по всему было видно, что они хорошо подготовились к битве. То ли командование отдало им приказ все время находиться в ожидании, то ли, что гораздо вероятнее, королевская разведка донесла, что мы приближаемся. Впрочем, на эффект внезапности я и не рассчитывал. Нас все равно заметили бы с городских стен.

Сейчас на стенах, насколько я мог заметить с вершины холма, происходило суетливое движение, воины перебегали с места на место, занимали места возле бойниц, активно готовились к осаде; я увидел, как один из стражей поднес факел и под большим котлом со смолой запылал огонь. Потом костры занялись в еще нескольких местах на стене. Руководители обороны, несомненно, знали, что мы будем атаковать именно с этой стороны. Скорее всего, Зильбер Ретц проанализировал особенности ландшафта вокруг Стерпора и решил, что я непременно захочу использовать его преимущества – только на юге высокий холм находился в непосредственной близости от города. Будущее поле боя отсюда было передо мной как на ладони. На склоне холма росли низкие кустики и зеленела трава, местами вытоптанная сапогами проходивших здесь королевских стражей. «Скоро картина изменится», – мрачно подумал я.