Колдун скрывался от меня несколько дней, пока я не приказал передать, что он прощен и может, не опасаясь расправы, прийти ко мне. Ох и виноватый у него был вид, когда он бочком-бочком просочился в мою комнату и застыл у двери, скорбно глядя в пол.

– Ладно, Ламас, – сказал я, – ты, конечно, достоин порицания, но задача выполнена и город, кажется, взят без единой жертвы, не так ли?

– Нет, милорд, – скорбно проговорил колдун, – это не так…

– Не так? – изумился я.

– Лошадь, ваше величество, – сложил ладошки на груди Ламас, – та самая, о которой так много говорил Кар Варнан… Боюсь, она подохла от смеха.

– Какая нелепая смерть, – заметил я.

– Губернатор говорит, что у нее было слабое сердце! Но ее смерть на моей совести.

– Слабое сердце! – Я пожал плечами. – Полагаю, в таком случае тебе не стоит сильно корить себя за ее смерть. По крайней мере, она умерла счастливой.

– Вы так думаете? – Лицо колдуна просияло. – Боже мой, милорд, когда я только увидел вас в первый раз – вы тогда еще произносили речь, помните? я сразу подумал: это самый великодушный человек на свете.

– Наверное, ты прав, Ламас, – согласился я. – А что, кстати, сам губернатор? Куда он делся? Почему я никак не могу его найти?

– Помните, у него была целая шапка шикарных волос на голове? – спросил Ламас.

– Да. – Признаться, он меня заинтриговал. – Когда он снял шлем, я заметил шапку.

– Так вот, он все их повыдергал, пока сидел во рву около города. Теперь он почти полностью лысый. Как коленка. Вот уже трое суток жена и дочь упрашивают его вылезти из рва и вернуться домой. Но он не соглашается.

Я хмыкнул:

– Ну что ж, поделом ему. Подумать только – самолично открыть ворота, выйти и вручить ключи от города королю враждебной армии. Какое отвратительное предательство!

– Действительно! – согласился Ламас и напомнил: – Но он ведь находился под действием веселящего газа!

– Ну и что? – возмутился я. – Мы, находясь под воздействием того же газа, почему-то нашли в себе мужество и, подавляя истерические порывы, все-таки осадили город.

– Хм, а ведь и правда! – вынужден был признать колдун.

– А все потому, – назидательно сказал я, – что вас вел к победе сам Дарт Вейньет! Ты уж поверь мне на слово, Ламас, – чтобы свернуть меня с пути, надо что-нибудь посильнее веселящего газа!