– Теперь его зовут Куксоил Кровавый… – заметил Ваакхмерит.

– Ты меня, случайно, не разыгрываешь? – спросил я.

– Разыгрывать – не в моих правилах!

– Ну надо же. – Я усмехнулся. – Он практически идет по моим стопам.

– Проклятая сволочь! – выкрикнул Вилл. – Прекрати болтать ерунду! Отпустите меня!

– Ну ладно, – сказал я, – это действительно жестоко – заставлять Вилла так долго ждать. Ваакхмерит, ты можешь уносить его! Приятно тебе провести время, Вилл! – крикнул я. – Передавай привет тамошним обитателям.

– У меня родилась блестящая идея, – прорычал демон, – сейчас как раз подыскивают замену Куксоилу. Пожалуй, твой братец годится для того, чтобы толкать тачку. – Ваакхмерит оскалил пасть в дьявольской усмешке.

Под плоскими ступнями демона возник сияющий разлом. Трещина в земле ширилась, из недр послышался гул. Он все нарастал и нарастал, пока не сделался оглушительным. Вилл открыл рот, он что-то кричал, но теперь разобрать, что именно, не представлялось возможным.

– Ничего не слышу. – Я развел руками.

Ваакхмерит развернулся вокруг собственной оси и провалился вниз. Земля сомкнулась над его головой, и стало так тихо, что я мог различить, как сопит все еще пребывающий в глубоком обмороке Ламас.

– Прощай, братец, – сказал я и сдернул с головы шляпу – в последний путь всегда провожают с непокрытой головой.

Несмотря на то что короля в Вейгарде не было и смешанная конница Лолара Гвидера не будет принимать участия в сражении, столица оставалась крепким орешком. Город подготовлен к осаде, на стенах установлено множество приспособлений против атакующих. Да и толпа вооруженного сельскохозяйственными орудиями сброда перед воротами Вейгарда – существенная преграда на пути победоносной армии Стерпора. Слишком велико численное превосходство.

На сей раз норный народец не поможет мне в разрушении стен. Я надеялся, что стенобитные орудия Кугеля Кремоншира окажутся достаточно эффективными. По крайней мере, они смогут выбить ворота, и мои воины ворвутся в город. На то, что катапультирующие Люсильды номер два и обыкновенные тараны справятся со стенами, рассчитывать не приходилось.

Толпа перед городскими воротами волновалась, оборванцам сильно не нравилось происходящее. Да и кому понравится умирать за короля, который только и делает, что создает своим подданным проблемы. Как выяснилось впоследствии, к защите своей рушащейся власти он привлек не только граждан Вейгарда, но и тех несчастных, которые направлялись через его королевство по своим, одному богу известным делам. Вот уж не повезло так не повезло. Идешь себе, никого не трогаешь, и вдруг тебя хватают и озадачивают обороной города, до которого тебе и дела никакого нет. Что и говорить – подобной участи не позавидуешь. Конечно, сражаться эти вояки по принуждению будут соответствующим образом. Вилл не удосужился даже пообещать им какой-нибудь существенной награды, военачальники сообщили новобранцам, что они-де должны биться против армии Стерпора исключительно ради сохранения собственной жизни. Надо думать, такая королевская щедрость многим пришлась по душе, и они полюбили короля Вейгарда всем сердцем. Это ирония, разумеется.