Гномы смотрели с напряжением.

– Это наш помощник, – сказал Поленов. – Он недавно в нашей чудесной стране, немного оголодал. Он безобидный.

Гномы расслабились и вернулись к поеданию рыбы, яблок, сыров и пряников. Пиршество продолжалось. Откуда-то прикатили большущую, в рост человека бочку, пробили в дне дыру и принялись разливать по глиняным кружкам мутную пенистую жидкость. Воздух наполнился запахом кислых яблок, и Зимин решил, что гномы разливают сидр.

Тогда Зимин, у которого от рыбы разыгралась жажда, тоже решил попробовать сидра. Вообще-то раньше он никогда ничего крепче бабушкиного кваса не пробовал, но пить очень хотелось, а ничего, кроме сидра, на запивку не предлагалось. Поэтому Зимин притянул к себе большую, наверное, даже литровую кружку с напитком и осторожно попробовал. Сначала языком.

Больше всего сидр напоминал прокисший яблочный сок с небольшим добавлением сахара. Но вкус был ничего, освежающим. Похожим на крепкий квас. Зимин сделал большой смелый глоток. Так и есть. Слухи о том, что новичкам сразу дает в голову, были сильно преувеличены.

Зимин поднял кружку и выхлебал до половины. Со стуком бахнул кружку об стол. Сидр подстегнул аппетит, Зимин с удвоенным усердием набросился на печеные яблоки и пряники. Пряники были оригинальные, в виде голов гномов, по вкусу как тульские, только корицы побольше и почему-то с тмином, Зимин съел два.

И снова запил сидром.

Очередная порция сидра освежила Зимина еще больше, Зимин вылез из-за стола и подошел к Поленову.

Поленов тоже уже хорошенько освежился и был весел.

– У меня к тебе дело, – сказал Зимин и подмигнул.

– Ну? Хочешь выступить в роли Джульетты? – спросил Поленов. – Я могу посодействовать, оказать протекцию, так, по большому знакомству…

– Я не хочу играть Джульетту, – сказал Зимин. – Я хочу, чтобы ты сделал мне татуировку.

– Зачем?

– Просто.

– И что же ты хочешь? – Поленов поглядел на Зимина с лукавством. – Хо Ши Мина [51]? Или, может, этого, в черном шлеме? Многие заказывают. А может… или, может, ты русалку хочешь? Я могу наколоть тебе отличную русалку, с такой большой… хвостом. Людям тоже нравится.

С Поленовым сделался непредсказуемый приступ меланхолии, он всхлипнул и утер лицо рукавом. Зимин подумал, что с русалками, видимо, связаны не самые безоблачные моменты жизни художника.

– Многие, многие накалывают на спине русалок… – грустно сказал Поленов.

– А пошел ты со своею русалкой! – Зимина повело. – Сам себе русалку на спине наколи! Мне не русалку надо!

– Двух русалок хочешь?

– Да не хочу я вообще русалок! Ни одну, ни двух!