Коровин захихикал и шепнул:
– Энлиль давно хотел себе дачку в горах организовать. А народ сачкует, эльфы работать не любят, знаешь ли…
– Я считаю, что с порочной практикой уклонения от общественного труда надо покончить! – продолжал Энлиль. – Эльфы должны объединиться! Я составил список уклонистов и обращаюсь к ним с убедительной просьбой отработать прогулы!
Эльфы угрюмо промолчали.
– Перейдем к вопросу второму. На рассмотрение слета эльфов ставится вопрос о предосудительном поведении Гельминта Лидского.
Я чуть не подавился собственным языком. Честное космонавтское.
– Коровин, – спросил я шепотом. – Ты хоть знаешь, что такое «гельминт»?
– Я-то знаю, – ответил Коровин. – А они не знают. Темные личности, село.
Тундра, подумал я.
Коровин презрительно скривил губу.
– Я совершенно не удивляюсь, что этот Гельминт ведет себя так, – прошептал он. – Было бы странно, если бы он вел себя по-другому. Я на его месте вообще повесился бы…
– Прошу выйти Гельминта Лидского. – Энлиль указал пальцем на место перед столом.
По амбару пробежал шумок.
– Повторяю. – Энлиль указал пальцем строже. – Гельминт Лидский, изволь предстать перед глазами своих товарищей!
Раздался смех. От сидячей толпы эльфов отделился один. Он выдвинулся вперед и повернулся лицом к своим собратьям.
Гельминт Лидский одновременно и соответствовал и не соответствовал своему звучному имени. Это был невысокий, хрупкий и нелепый эльф, но при этом понурый и совсем не бойкий, каким должны были быть его тезки по виду.
Энлиль испепеляюще поглядел на Гельминта, достал из-под своей хламиды сверток, развернул его. И начал громко и с выражением читать:
– Гельминту Лидскому вменяются в вину следующие деяния. Тайное похищение сельскохозяйственной продукции у коренного населения. Ты воровал у гномов репу!
Гельминт скорбно покачал головой.
– Какой позор! – Энлиль пробуравил взглядом злоумышленника. – Какой позор, Гельминт! Ты докатился до тайного похищения! До