Эльфы неодобрительно вздохнули. Энлиль испепелил взглядом злоумышленника еще раз.

– Испокон веков эльфы никогда не похищали ничего тайно! Они делали это явно! Явно, и только явно! Эльф всегда выходит на поле брани с открытым забралом, а не крадется, как тать в ночи, как робкая землеройка! Позор.

– Позор! – промычали эльфы.

– Но ладно бы тайное похищение репы, – вздохнул Энлиль. – Но ведь этим деятельность Лидского не ограничилась! Пятнадцать дней назад мне, как оберэльфу Верховной Конгрегации, пришлось принять заявление от одного из старейших и заслуженных эльфов нашей страны. Афанасий Мельница принес жалобу на то, что в Праздник Летнего Солнцестояния к нему в гости заглянул Гельминт Лидский. Они выпили чаю, после чего Гельминт, воспользовавшись тем, что из-за временного обездвижения, связанного с растяжением ноги, Афанасий Мельница был в беззащитном состоянии, оскорбил его действием. Метал в Афанасия осиные гнезда, побивал кулаками и выдергивал волос… Волосы!

– Да этот ваш Гельминт просто уголовник, – шепнул я Коровину. – Кража репы, хулиганство. Все эльфы такие?

Коровин не ответил.

– Сообщество эльфов не может больше мириться с подобными деяниями. – Энлиль Сироткин даже стукнул по столу кулаком. – Мы не… Не гномы какие-то! К тому же всем вам известно, что в свете последних событий… Короче, как уполномоченный для разрешения подобных споров, предлагаю на выбор следующие наказания. Порка обычная. Порка с применением химических средств. Энергетическая порка. Шейное отягощение. Тотальное порицание.

– Только не порицание! – крикнул Гельминт. – Только не порицание!

Он начал медленно пятиться вбок от стола.

– Прими свою участь как настоящий эльф! – сказал Энлиль. – Прекрати эту панику!

– Не надо порицания… – ныл Гельминт.

– Довольно! Эльфы! – воззвал Энлиль Сироткин. – Именем Верховной Эльфийской Конгрегации ты, Гельминт Лидский, приговариваешься к полуторному шейному отягощению сроком на два месяца.

Гельминт с облегчением вздохнул.

– В качестве же дополнительного наказания решено применить к Гельминту Лидскому тотальное порицание!

– Не надо! – завизжал Гельминт. – Я больше не буду! Только открыто буду похищать, только открыто!

Но было уже поздно.

Эльфы оживились, зашевелились на своих стульчиках. Коровин как-то напрягся и заерзал, будто внезапно ожили детсадовские фурункулы на пятой точке.

– Что такое тотальное порицание? – спросил я.

– Тотальное порицание… – Коровин подышал на руки. – Увидишь сейчас. Только не шевелись, а то…