– Вы считали?

– Да.

– Больше двухсот, – повторяет Алиса. – И еще вся Тулуза…

– Не вся, – говорит вдруг сенешаль. – Смотрите!

В сторону Нарбоннского замка бегут люди. Они рассыпались по всему пустому полю между Саленскими воротами и стенами цитадели.

Сперва Жервэ кажется, будто тулузцы, рехнувшись от счастья, решили захватить замок голыми руками. Но спустя мгновение он убеждается в своей ошибке. Одни гонятся за другими. Тех, кого настигают, убивают на месте.

– Отправьте отряд, – говорит Алиса. – Отгоните эту сволочь, а беглецов впустите.

Она остается на стене – смотреть. Из ворот замка вылетает на поле десяток легких конников и мчится навстречу толпе. Как пастухи овец, отделяют они беглецов от преследователей, тесня тех лошадьми и устрашая длинными копьями.

Толпа, вооруженная больше собственной яростью, показывает спину. Несколько легких дротиков летят вслед, и трое из бегущих валятся лицом вниз, так и не добежав до Тулузы.

Спасенных – стадом в хлев – загоняют в ворота Нарбоннского замка. Решетка за их спиной поспешно опускается.

* * *

Господи, как мало отпущено времени!..

Сенешаль Жервэ хочет, чтобы дама Алиса с детьми покинула Тулузу как можно скорее.

Вместе с Раймоном явились эти клятвопреступники, Фуа и Коминж, которые в Монгренье давали Симону слово в течение года не поднимать на Монфора оружия.

По всему городу выслеживают, гонят и убивают франков. Франков и тех, кто водил с ними дружбу.

Соборы Сен-Сернен и Сен-Этьен полны людей, думающих найти спасение от смерти у алтаря. Те, кто оказался в эти часы в другой части города, бросились к Нарбоннскому замку.

Сенешаль Жервэ хочет, чтобы Алиса крепко подумала над этим.

Алиса слушает, сжимает тонкие губы в ниточку. Сейчас она становится неуловимо похожа на Симона.

Да, нельзя терять времени, пока из Тулузы еще можно выбраться.

– Гонцов! – говорит Алиса и хлопает решительно в ладони. – Немедленно – в Каркассон, в Крёст, в Тарб! Вызвать сюда моего мужа, деверя, сыновей.