Над темной застоявшейся водой, заполняющей впадины, словно призраки, поднимались испарения. На границе воды и суши можно было видеть спутанные корни деревьев, уходящие в землю. Какие-то существа двигались в темной воде, создавая легкие волны и разрывая пленку ряски. Из теней, пересекающих воду, смотрели чьи-то глаза.

Влажный болотный воздух заполняла какофония птичьих криков; путникам постоянно приходилось отмахиваться от насекомых, тучами вьющихся вокруг них. Сзади, в тумане были слышны крики и свисты каких-то животных. В то же время густая неподвижная растительность и гнетущий, спертый, тяжелый воздух придавал этому месту особое тревожное спокойствие. Ричард видел, как Кара брезгливо морщит нос, учуяв запах гнили.

Тропа сквозь густую растительность все больше походила на живой растущий тоннель. Ричард был рад, что им не пришлось рисковать, уйдя с тропы в окружающее болото. Он отлично представлял все когти и клыки терпеливо поджидающие там свой обед.

На краю мрачного болота Ричард помедлил, не выходя из глубокой тени. Из-под темной путаницы ветвей, свисающего мха и цепкой зеленой растительности, казалось, будто смотришь из пещеры на великолепный сияющий день. Несмотря на изморось и туман на болоте, вечернее солнце пробилось через толщу облаков, бросая лучи света на долину. Перед ним предстало сказочное зрелище.

Вокруг покрытой зеленью долины почти до горизонта возвышались неприступные серые стены окружающих гор. Насколько Ричард знал, единственный путь к жилищу Шоты проходил через болото. Долина раскинулась, словно волнистый ковер из трав и диких цветов. Дубовые, кленовые, буковые рощи пятнами покрывали холмы и спускались в низины вдоль ручьев, листья поблескивали в свете закатного солнца.

В темном лесу, где стояли Ричард и Кара, было ощущение, будто стоишь на границе дня и ночи, глядя с темной стороны на ликующий день. Неподалеку, за кустарником и зарослями дикого винограда вода спадала с отвесного склона на краю болота и исчезала в вертикальном столбе тумана, стекая к чистым озерам и ручьям далеко внизу. Ее отдаленный рев отсюда, с высоты, звучал не громче, чем шипение. Мелкие брызги и туман увлажнили их лица, пока они с границы леса любовались открывшейся картиной.

Ричард повел Кару по тропке, отходящей от основной, которая заканчивалась, упираясь в скалы. Узкую тропку было бы почти невозможно обнаружить, если бы с предыдущего визита он не запомнил, где ее искать. Она проходила через лабиринт валунов, почти скрытых под слоем тусклого зеленого папоротника. Лозы, лишайник и кустарник также помогали спрятать незаметную дорожку.