Они прошли по траве и ступили на пустой участок земли. Тут Ричард замер на полушаге и опустился на землю.

— Лорд Рал, — спросила Кара. — Что там?

— Ее следы, — прошептал он. — Я узнаю их. Они не покрыты магией. Она была здесь одна. — Он указал на землю. — Две дорожки. Она приходила сюда дважды. — Он оглянулся назад, разглядывая в траве что-то, чего они не могли видеть. — Она стояла на коленях там, в траве.

Он вскочил и прыжком преодолел оставшуюся часть пути до алтаря. Никки и Каре пришлось бежать, чтобы не отставать от него.

Подойдя к гранитной плите, Никки наконец разглядела то, что одиноко стояло там.

Это была статуэтка женщины, та, что высеченная в мраморе была установлена на Площади Свободы в Алтур-Ранге. Оригинальная статуэтка, которую, как Ричард и говорил, он вырезал сам. Статуэтка, которая, по его словам, хранилась у Кэлен. На статуэтке Никки заметила кровавые отпечатки рук.

Дрожащими руками Ричард поднял деревянную фигурку и прижал к груди, едва сдерживая рыдание. Никки показалось, что он вот-вот упадет на землю, но обошлось.

Через мгновение он обернулся к ним, его лицо было залито слезами. Он протянул Каре и Никки изображение гордой фигурки, голова которой была откинута назад, сжатые в кулаки руки отведены в стороны.

— Эту статуэтку я вырезал для Кэлен. Это — ее душа. Я же говорил, что она не могла быть в Алтур-Ранге, потому что Кэлен всегда носила ее с собой. Если статуя скопирована в камне и стоит на площади Алтур-Ранга, там, в Древнем Мире, то как она оказалась здесь?

Никки вытаращилась на статуэтку, пробуя понять, что же она видит. Она не могла постигнуть этого противоречия. Она помнила, как Ричард пытался понять, что он увидел в могиле, где была похоронена Мать-Исповедница. Теперь она точно знала, что он чувствовал в тот момент.

— Ричард, я не понимаю как это возможно… Как она здесь оказалась?

— Ее оставила тут Кэлен! Оставила, чтобы я ее нашел! Сестры заставили ее забрать шкатулки Одена! Не понимаешь? Не видишь, наконец, что правда — вот она, стоит перед тобой?

Не в силах больше говорить, он прижал статую к груди, словно это было самое большое в мире сокровище.

Казалось, он весь излучает боль. Глядя на него Никки задавалась вопросом: на что было бы похоже, если бы он так любил ее, Никки.

В то же время, несмотря на сумятицу в мыслях, несмотря на печаль от того, что она видела, несмотря на боль, которую он испытывал, Никки чувствовала огромную радость. Радость, что есть кто-то, так много значащий для Ричарда. Пусть даже если этот кто-то — всего лишь фантазия. Никки все еще не была убеждена, что это не так.