Внутри, пятьдесят семь холодных факелов покоились на декоративных золотых держателях. Натан метнул рукой и восспользовался магией, чтобы зажечь часть из них. Как только они вспыхнули, стены склепа оживились мерцающим светом, который отражался от полированного розового гранита сводчатой комнаты.

Понизу каждого факела были устновлены вазы, предназначенные для цветов. Эти пятьдесят семь факелов и ваз, предположила Верна, символизировали тот факт, что должно быть Панизу Ралу было пятьдесят семь, когда он умер.

Короткая опора по центру похожей на пещеру комнаты поддерживала непосредственно сам гроб, создавая иллюзию, словно гроб плавал поверх пола из белого мрамора. Покрытый золотом гроб роскошно пылал колышущимся тёплым светом от этих четырёх факелов.

Тем способом, каким стены были покрыты полированным кристальным гранитом, который полностью простирался по своду, Верна представила, что когда все факелы вдоль комнаты будут зажжены, гроб будет пылать золотым великолепием, совершенно независимо плавая по центру.

По сторонам гроб был покрыт гравировкой слов на древнем верхне-д`харианском языке. Вырезанная в граните ниже факелов и золотых ваз бесконечная лента слов на том же самом почти забытом языке, кружила по всей комнате. Глубоко выгравированные письмена, мерцавшие в свете факелов, создавали такой эффект, будто они светились изнутри.

Чтобы не послужило причиной, которая заставила таять белый камень, когда-то блокировавший вход в усыпальницу, теперь она начала воздействовать и на саму комнату, хотя и не в той же самой степени.

Верна подозревала, что белый камень, который использовали чтобы перегородить вход — был заглушкой, жертвенной субстанцией, преднамеренно выбранной, чтобы она оттянула на себя и поглощала невидимую силу, которая была причиной неприятностей.

Теперь, когда белый камень почти полностью стаял, те силы начали атаковать теперь уже саму усыпальницу.

Каменные плиты стен и пола не подтаивали и не раскалывались, но они уже начали деформироваться, будто они стали объектом огромного соскребания или давления. Верна могла видеть, что по всему залу в местах соединения потолка и стен появились щели от деформации, давлеющей непосредство изнутри.

Независимо оттого, что вызывало подобное воздействие, было очевидно, что это не строительный дефект, а скорее некий вид внешнего воздействия.

Никки говорила, что ей хотелось увидеть усыпальницу, поскольку говорила, что догадывается о причине, почему она тает. К сожалению, она не раскрыла природу своих подозрений. Не было никаких признаков, что она и Энн посещали усыпальницу.