Камешки сбились в кружок, как охотники, которым надо посовещаться. Затем кружок распался, и они завертелись волчком, одновременно удаляясь друг от друга. Наконец они успокоились, и Трусле показалось, что они улеглись в узор, похожий на тот, которым разрисовала лицо Провидица.

Все молча ждали, что будет дальше. Сван чего-то выжидала, как будто ей не хотелось переходить к следующей части обряда. Трусла подумала, что она ведёт себя, как балованный ребёнок, который артачится, не желая показывать при гостях свои умения.

Сейчас она разглядела, что на каждом камешке были вырезаны какие-то знаки, и многие бороздки стали сейчас красными от крови. Но вот Сван подняла руку и стала водить над ними ладонью, делая волнообразные движения, напоминающие накат и откат прибоя.

Два или три камешка закачались, но остались лежать на месте. Но в комнату вошло нечто невидимое и неслышимое, какая-то пробудившаяся Сила.

Губы гадалки дёрнулись, рот оскалился и зашептал беззвучные слова. Но ощущение некоего присутствия, которое наблюдало за сидящими в комнате, продолжалось. Ответ пришёл от Фрост и Инквиты. Шаманка вдруг заметалась на подушках, Канкиль со сдавленным криком бросилась к ней и всем тельцем прильнула к её широкой груди. Руки шаманки задвигались в воздухе. Не требовалось богатого воображения для того, чтобы истолковать эти движения: с ловкостью опытного охотника она метала воображаемые дротики.

Фрост прикрыла ладонью кристалл, чтобы луч света от него не коснулся гадалки, но Трусла видела, что камень ожил и засиял ярким лунным блеском.

Незваный пришелец дрогнул. Трусла ощутила это так ясно, словно его движение отозвалось во всём её теле. Затем он пропал.

— Север! — промолвила Фрост.

Инквита кивнула. Пророчица втянула голову в плечи, словно в ожидании удара, и ещё ниже склонилась над рунами.

— Тьма наготове, — изрекла она. — Против неё потребуются такие познания, каких не наберётся даже, если соединить усилия всех талантов. Но у нас нет выбора, ибо, однажды пробудившись, она взалкала добычи. Вы пойдёте ей навстречу, ибо избраны и связаны обетом. Но вы перед нею, как былинки: дохнёт стужа, и трава поляжет. Смерть! Смерть и гибель!

— Нет! Не бывать этому! — раздался властный голос Фрост. — Мы — острие копья, а за нами целая армия. Не забудь, что другие уже заняты поисками нового знания, и они сумеют правильно применить то, что откроют. Вот это, — сказала Фрост, поглаживая волшебный кристалл, — позволяет мне говорить с моими сёстрами, а они в свой черёд опираются на могучую силу древнего знания. Есть множество талантов, и каждый обладает своей особенной Силой. Подобно тому, как кузнец, выковывая меч, берет обломки славных старинных мечей, чтобы создать из них новый, так и мы найдём управу на эту напасть. Она затаилась на севере…