Хотя Фрост не задавала вопроса, Провидица пожелала ответить:

— Она ждёт на севере, куда нет пути ни одному человеку.

Но Фрост не удовольствовалась сказанным:

— Мне кажется, ты могла бы сообщить нам больше после того, как прочитала руны.

— Куда лежит путь, вам уже известно. Разыщите Хессара и спросите его, где был тот ручей, который вытекает из ледника. Ваш капитан всюду показывал предмет, который, по его словам, послужит ключом к тайне. Вот вам и след, который ведёт к вратам. Идите по нему — авось и повезёт!

Сван поднялась с колен и подобрала с полу камешки; подобрав, она засунула их обратно в мешочек прямо так, как были, с невысохшими следами крови. Затем она подняла и забрала себе бубен, не спрашивая разрешения у начальника фактории, как если бы имела на это право.

— В рунах я прочла, что вы пойдёте своей дорогой и вам нельзя с неё свернуть. Не верю, что вы возвратитесь! — сказала она, перекидывая через плечо ремень от бубна, и с этим удалилась.

Трусла почувствовала как её коснулась рука Симонда.

— Пойдём-ка отсюда! — сказал он ей тихонько, так что для окружающих его слова потонули среди спорящих голосов. — Нехорошо разглядывать Тьму, пока она ещё не накатила. Сегодня я вместе с нашими моряками выходил в поле заниматься воинскими упражнениями. Пойдём туда, и я покажу тебе, как выглядит эта земля в разгар лета!

Трусла с удовольствием вышла на вольный воздух. Моросящий дождь прекратился, и стоял ясный, солнечный день. Неутихающий бриз пахнул в лицо морской свежестью, ветер тотчас же начал играть длинными волосами Труслы и взъерошил её меховой воротник. Но к солёному запаху моря примешивались другие ароматы. Трусла едва не задохнулась от восхищения и восторга.

Весь мир вокруг, включая круглые холмики землянок, оделся в яркую зелень, а среди зелени были разбросаны цветущие островки, словно драгоценные камни на платье знатной дамы из Долин. Зелёная трава и цветы простирались до самого окоёма. И лишь кое-где попадались одинокие фигурки работающих людей.

Заметив вспаханные участки земли, она вопросительно взглянула на Симонда. Она удивилась, подумав, что лето должно быть здесь слишком коротким, чтобы на них успели созреть хлеба.

— Здесь сажают какие-то корнеплоды, — объяснил Симонд. — Они очень подходят для здешнего климата, потому что становятся съедобными только после заморозков, как раз когда надо выкапывать все посаженное. Тут растут и ягоды, — добавил он, показывая Трусле на детишек, которых здесь оказалось гораздо больше, чем они видели в посёлке. С корзинками в руках ребятня стайкой паслась среди зелени, собирая растущие у самой земли ягоды. У большинства, как с улыбкой отметила про себя Трусла, весь рот был измазан в ягодном соке.