– Да ничего. Все нормально.
– Нет. Что-то сзади меня. – Коробов моментально обернулся и вытаращился на злосчастную афишу. – Ну, что случилось-то?
Лека вздохнула с облегчением.
– Мужик стоял сзади подозрительный. Вылупился на нас с тобой. Только ты повернулся, сразу слинял.
– Да, не нравится мне это. – Демид вздохнул. – Где-то недалеко находится Табунщик. Я чувствую его присутствие.
* * *
Вот здесь, в этом концертном зале, вечером должно было состояться выступление, показ мод некоего Германа Филинова. Лека не могла похвастаться, что следила за модой. Она покупала себе готовую одежду – то, что ей нравилось, то, что было удобно носить и что, хоть немножко, заставляло людей, идущих по улице, поворачивать головы ей вслед. Ни про какого Филинова она никогда не слыхала. Хотя ей нравились длинноногие манекенщицы – загадочные и непосредственные, веселые и грустные, которых показывали в передачах из Европы. Сама Лека была безнадежно маленькой для такой работы. 168 сантиметров – не коротышка, конечно, но рядом с двухметровыми супермоделями – как лилипут.
Вот уже второй час кружила она вокруг служебного входа. Она сама не понимала, чего она хотела. Несколько раз какие-то люди входили и выходили через эту дверь, но она не могла решиться подойти и заговорить с ними. Что она могла сказать им?
Неожиданно полицейский, который прохаживался здесь же, и уже не раз бросал на Леку подозрительные взгляды, подошел к ней и что-то резко произнес. Он говорил по-литовски, и Лека не могла понять его, но тон его не предвещал ничего хорошего.
– Извините, я это… я только по-русски понимаю. – Лека улыбнулась человеку в полицейской форме, пытаясь вызвать его расположение. Блюститель порядка раздраженно скривился.
– Я выясняю, что вы делаете здесь уже многое время. Ваши документы предъявите, пожалуйста!
– У меня нет с собой… Да я ничего, я гуляю просто!
– Надо пройти со мной для выяснения личности.
– Да в чем дело-то? Пустите! – Полицейский цепко схватил девушку за руку и она сделала попытку вырваться. – Не имеете права! Я в посольство буду жаловаться! Я – дочка посла! Швейцарского!
Дверь открылась, и оттуда выпорхнула Джейн Эджоу собственной персоной. Лека замерла и вытаращилась на Яну, как на марсианку. Яна бросила удивленный взгляд на сердитого полицейского и девушку.
– Jane, help me, please! He wants to arrest me, I don't know why! – Лека умоляюще посмотрела на Джейн. – Tell him… [50]