— Не уверена. Пазл никогда раньше так не делал.

— Потому что отец всегда ему покровительствовал. — Выражение лица Баррика вдруг стало совсем отстраненным. — Он тебе нравится?

— Кто?

— Поэт. Он красив. Хорошо говорит.

— Красив? Думаю, он несколько смазлив. И бородка у него дурацкая. Но я оставила его в замке не поэтому. Просто… — Бриони поняла, что Баррик уводит ее от темы разговора. — Баррик, я не хочу больше тратить время на обсуждение этого дурачка. Если поэт тебе неприятен, дай ему денег и отошли прочь — мне все равно. Он не имеет никакого отношения к серьезным делам. А нам нужно поговорить именно о них.

— Я не хочу, — ответил Баррик.

Он произнес эти слова с неизбывной скорбью.

Интересно, подумала Бриони, все братья и сестры одновременно любят и ненавидят друг друга? Или только близнецы? Они с Барриком связаны столь тесно, что казалось, они не могут дышать друг без друга.

— Нет, ты расскажешь, — настаивала сестра. — Ты чуть не убил помощника трактирщика. Почему?

Баррик молчал.

Бриони наклонилась и взяла его руку.

— Да сохранит нас Зория, это же я! Я! Бриони! Кендрик умер, отца нет — у нас никого нет, кроме друг друга.

— На самом деле ты не хочешь ничего знать, — заговорил Баррик, глядя на нее сквозь ресницы, словно перепуганный ребенок. — Ты хочешь, чтобы я был послушным. Тебе неприятно, что я опозорил тебя перед Броуном и… и перед тем поэтом.

Она чуть не задохнулась от гнева.

— Это неправда! Ты мой брат. Ты… ты моя половинка. — Она поймала взгляд Баррика и старалась смотреть ему в глаза, но удержать его взгляд было так же трудно, как выманить из норы пугливого зверька. — Смотри на меня, Баррик. Ты знаешь, что все совсем не так. Помощник трактирщика сказал что-то про… про сны. И ты чуть не задушил его.

— У него нет права говорить это мне.

— Это — что именно, Баррик?

Принц натянул одеяло повыше. Он никак не мог решиться.

— Ты говорила, что перечитывала письмо отца, — все-таки вымолвил он. — Ты ничего интересного не заметила?

— Об автарке? Я же сказала тебе…