— Никто из крышевиков, вы хотите сказать? — уточнил Чет, переходя дворик в направлении ворот. — Ведь мы, фандерлинги, очень часто там бываем.

— Где ваш брат? — спросил Авин Броун. — Принц Баррик должен быть здесь.

Он говорил таким неодобрительным тоном, словно Бриони сообщила ему, что собирается передать правление Южным Пределом собранию безземельных крестьян.

— Он болен, лорд Броун. Он пришел бы, если б смог.

— Но ведь он тоже регент…

— Принц заболел. Вы мне не верите?

Лорд комендант уже знал: несмотря на юный возраст и хрупкость Бриони, он не в силах выдержать ее взгляд. Броун запустил пальцы в бороду и пробормотал что-то невнятное.

Принцесса проявила тактичность и не стала спрашивать, что он сказал.

— Хендон Толли весьма беспокоит нас, — начал Тайн Олдрич из Блушо.

Тайн был одним из немногих аристократов, приглашенных принцессой для обсуждения новостей с запада. Олдрич говорил мало, и его сдержанность часто граничила с грубостью. Но Бриони считала это свойство характера графа признаком честности. В течение многих лет это ее предположение подтверждалось, хотя она не исключала, что может и ошибаться. Никто из людей, приближенных к трону, не отличался простодушием и бесхитростностью, хотя многие пытались притворяться. Бриони постигла эту премудрость еще в детстве. Кто из вельмож позволит себе быть откровенным? В результате некоторые из родственников Бриони, чьи изображения украшали стены Портретного зала, за свою жизнь убили больше собственных придворных, чем врагов на полях сражений.

— И что же затевает мой очаровательный кузен? — поинтересовалась принцесса.

Она кивнула только что вошедшему в зал родственнику — чуть более приятному, чем другие. Это был Рорик Лонгаррен. На границах его владений в Далер-Троте уже началось открытое вторжение. Именно это отвлекло герцога от обычных занятий — игры в кости и выпивки. Он занял свое место за столом и зевнул, прикрыв рот рукой.

— Толли заявился с толпой жалобщиков, едва вы покинули Тронный зал, — сообщил Тайн Олдрич, — и громко говорил о том, что люди стараются избегать тех, кому причинили зло.

Бриони глубоко вздохнула.

— Спасибо, граф Тайн. Я бы очень удивилась, если бы он не попытался меня очернить. То есть не меня, а нас — меня и принца Баррика. Толли прекрасные союзники во время войны, но они невыносимы в мирное время.

— А разве сейчас мирное время? — многозначительно спросил граф Блушо.

Бриони вздохнула.

— Это мы и надеемся выяснить. Лорд Броун, где же ваш капитан гвардейцев?

— Прежде чем явиться к вам, он решил принять ванну.