Боги не сочли его достойным смерти. Вскоре свет померк, Чет решился поднять голову — и буквально оцепенел. При новом освещении он заметил, что на острове появилась крошечная фигурка. Она медленно ползла от края сверкающего металлического моря к ногам гигантского Сияющего человека. Даже на таком расстоянии Чет узнал мальчика.

— Кремень! — закричал он.

Его голос разнесся над поверхностью моря, отдаваясь эхом от стен. Крошечная фигурка не остановилась и даже не оглянулась.

30. Пробуждение

30. Пробуждение

КРАСНЫЕ ЛИСТЬЯ

Ребенок в колыбели,

Медведь на вершине холма,

Две жемчужины взяты из рук старика.

Потолок главного зала храма Тригона был настолько высок, что даже при закрытых дверях здесь всегда гулял легкий ветерок. Пламя тысяч свечей, зажженных в нишах и на алтаре, постоянно колебалось. Было раннее утро, и зал еще не прогрелся. От холода у Баррика разболелась рука.

Вокруг принца-регента толпились воины и аристократы, отправлявшиеся с ним на запад. Здесь был Рорик Лонгаррен, которого Баррик терпеть не мог; опытные воины — Тайн Блушо и его старый друг Дрой Никомед с нелепыми усами; многие другие, кого Баррик знал лишь заочно. Весь цвет Южного Предела собрался для благословения: неустрашимый Майн Калог из далекого Кертуолла; Сивни Фиддикс, которого нередко называли Безудержным Рыцарем, потому что свое оружие и доспехи он отвоевал в многочисленных стычках и поединках; граф Гован М'Ардалл из Хелмингси. В храме собрались несколько десятков высокородных лордов, одетых в белые одежды, и множество людей менее знатных — они имели коней и доспехи, а также Домик или землю, а потому называли себя «землевладельцами».

Баррик Эддон вместе со всеми опустился на одно колено лицом к алтарю, когда иерарх Сисел давал благословение. Слова старинной иеросольской молитвы, слетавшие с его языка, доносились до Баррика, как журчание далекого ручья. Он знал, что скоро отправится на войну и, возможно, найдет там свою смерть. Врагами его будут ожившие персонажи ночных кошмаров, опасные существа из страны теней. Тем не менее Баррик ощущал в себе странную вялость, пустоту и безразличие.

Принц посмотрел вверх — на скульптуру, состоявшую из трех фигур. На каменном постаменте возвышались три бога Тригона: бог неба стоял на облаке, бог земли — на земле и бог воды — на воде. Все три огромных божества смотрели прямо перед собой. Перин, как положено, занимал место в центре, как высший из высших. Покрытый чешуей Эривор находился справа от него, а сияющий Керниос — слева. Они были наполовину братьями: дети Свероса, ночного неба, но от разных матерей. Баррик задумался. Смог бы кто-нибудь из богов Тригона добровольно отдать жизнь за братьев, как он, Баррик, готов отдать свою за Бриони? Ведь он почти наверняка отдаст за нее жизнь. Но боги бессмертны и неуязвимы, они не могут умереть. Как богам проявить свою храбрость?