— Что… что это значит? — спросил Чет, мужественно преодолевая сжавший горло ужас. — Вы говорили, им нужно то, что мы несем! Почему же нас хотят убить?

— Вас? — Джил нелепо улыбался, уголки его рта при этом сильно дергались. — Они говорят, что вы солнцепоклонник и должны умереть. А я, по их мнению, дезертир и тоже должен умереть. Она была когда-то моей госпожой, теперь она победительница. — Он медленно опустил голову. — Я этого не знал. Будь у меня время, я бы попытался что-то понять. Но времени, кажется, как раз и нет.

И правда — полукруг перед ними начал сжиматься. Копья нацелились им в животы, оставляя очень скудный выбор: умереть на месте или при попытке бежать.

— Прощай, Чет Голубой Кварц, — сказал Джил. — Прости, что я привел тебя на смерть, вместо того чтобы оставить в безопасных туннелях.

38. Тишина

38. Тишина

СРЕДИ ЗЕЛЕНИ

Раздался шепот, дрогнуло веко,

Дрожь пробежала по телу. Он жив, он жив!

Киннитан стояла в коридоре возле комнаты Луан, словно околдованная дьявольскими чарами. Она была потрясена случившимся и ждала, что сейчас придет смерть и заберет ее.

Прошло несколько минут, и безнадежный ужас немного отступил. Она поняла, что не хочет сдаваться. Если мрак смерти похож на сон и там ее тоже поджидает огромное и страшное чудовище — что тогда? В смерти не будет пробуждения, не будет возможности спастись от черной зияющей пасти…

Киннитан потрясла головой, затем похлопала себя по щекам, пытаясь обрести способность ясно мыслить. Чтобы остаться в живых, ей надо бежать из дворца автарка… Но вокруг столько соглядатаев, что это практически невозможно. Вскоре не только охранники, но и каждая служанка будет выслеживать ее. Все жители обители Уединения, жены автарка, садовники, парикмахеры и кухонные рабы…

Вдруг Киннитан осенило.

Она заставила себя сдвинуться с места и вернулась в покои Луан. Она знала, что там обнаружит, но все равно не сдержала крика ужаса при виде распростертого на полу тела, хотя багровое лицо было повернуто в другую сторону. Удавка так глубоко врезалась в шею избранной, что почти скрылась в складке. Убийце Луан, по-видимому, трудно было справиться с сильной жертвой, поэтому на спине белого ночного платья отпечатался грязный след ноги, словно особый знак на одежде кающегося.

Киннитан отчаянно боролась с позывами рвоты, когда на нее нахлынула еще одна сильная волна ужаса.

«О, Луан!»

Она отвернулась от тела. Если она будет смотреть на мертвую подругу, то снова начнет плакать и простоит здесь, пока не придут и за ней. Она лихорадочно осматривала корзинки и шкатулки Луан, когда услышала шорох у себя за спиной. Руки машинально прикрыли шею. Она обернулась, готовая увидеть ухмыляющееся лицо Таниссы и ее безжизненные глаза. Но это оказался немой мальчик-раб — тот, что приносил ей записку от Луан. Он пытался спрятаться в пустом углу комнаты. Значит, войдя сюда, она должна была пройти мимо него.