Отец непосредственно руководил моими изысканиями, повторяя уже пройденный им путь, и я вскоре понял, что он уже открыл мне все, что ему было известно, как и понял то, каким он был на самом деле.

Теперь я знал цель всей его жизни, всех его рискованных исследований и экспериментов — я понял, что Ваштэм намеревался проследить за рождением Бога Чародеев и убить его, чтобы самому стать божеством, достигнув высшей цели любого чародея.

Я понял, каким образом он хочет избавиться от страха.

Но, вопреки всему, его план меня совершенно не устраивал. Я просто не мог принять его. Я даже не разозлился на отца, просто испугался, исполнившись благоговейного трепета. Все это казалось дикой фантазией, бредом сумасшедшего, не имеющим ничего общего с тем, что сможет сделать Секенр. Секенр хотел жить собственной жизнью, несмотря на ту путаницу, которую вносит во все магия. Однажды он вернется в Страну Тростников. Он будет жить в доме на берегу Реки в одиночестве, обреченный на жизнь без любви и дружбы, и писать прекрасные книги изумительными буквами. Он совсем не собирался становиться божеством.

А тем временем, затаившись глубоко внутри меня, Ваштэм выжидал, тонко манипулируя своим инструментом. Его совершенно не волновало то, что думал Секенр.

В ожидании проснулись и все остальные мои вторые «я».

Я даже ощутил, как Сивилла держит в руках нить моей жизни, осторожно натягивая ее.

Работу в библиотеке я закончил. Но перед тем, как покинуть ее окончательно, я сделал одну вещь, которой отец не понял.

(— Прекрати терять время попусту, Секенр! Займись нашим делом!)

Вопреки его воле, я сел на корточки перед мертвецом-библиотекарем и ласково заговорил с ним на языке мертвых.

— Я знаю дорогу в Страну Мертвых, — сказал я. — Давай я провожу тебя туда.

— Ты можешь? Ты действительно способен избавить меня от страданий?

— Да, могу. Но, если в утробе Сюрат-Кемада тебя ждет что-то еще более ужасное, там я буду уже бессилен.

Зомби поднялся на ноги без понуканий.

— Я не боюсь.

Я взял труп за холодную, полуразложившуюся руку и повел его из библиотеки по длинной галерее с низким потолком, который поддерживали квадратные колонны. По дороге он сообщил мне свое имя, Хевадос, и рассказал о своей родной стране — земле варваров за Морем Полумесяца, прозванной Страной Сосен — и о том, как он когда-то жил под голубым небом с жарким солнцем. Больше всего он тосковал по солнцу. Он даже плакал из-за этого. Он помнил, как, истекая потом в жару, пахал землю. Но его жена и дети умерли от голода, и он впал в отчаянье. Хевадос обратился к магии, призвав к себе демонессу, когда лежал ночью посреди бесплодного поля.