Как только речь зашла о деньгах, Аджунес, понуро сидевший на скамье, поднял голову, взгляд его стал живым и осмысленным. Он хотел вмешаться в разговор, но Харнат хохотнул:
— Сперва вернись живым, чтоб получить вознаграждение!
Обернувшись к Хранителю, дарнигар продолжил уже серьезно:
— Большому отряду не пройти сквозь силуранские посты. Чем меньше народу, тем лучше... Я, Эрвар и... ну, скажем, еще двое...
— Что ж, пусть будет четверо, — согласился Хранитель. — Но, почтенный дарнигар, себя в это число можешь не включать. Отряд возглавлю я сам.
Все присутствующие ахнули.
Первым опомнился шайвигар. Он поспешил напомнить, как ценен молодой Сокол для своего Клана, и горячо поддержал отважного и опытного Харната, который справлялся и не с такими передрягами.
— Очень благородно с твоей стороны говорить так, — отозвался Хранитель, пряча в глазах веселые искры. — Ведь если дарнигар погибнет, ты потеряешь старого товарища, с которым столько лет трудился бок о бок...
— Мой господин и в самом деле намерен ввязаться в эту безумную затею? — с недоверием спросил Эрвар.
(«Ввязаться?! — взвизгнул насмерть перепуганный Орешек. — Как же! Прямо сейчас! Обожаю опасности! По три раза на дню купаюсь в лаве вулкана! А в детстве клал под подушку живую змею!..»)
— Конечно! — улыбнулся Хранитель. — Правая Рука нужнее в крепости.
— Нет! — рявкнул, багровея, дарнигар. — Я этого не допущу!..
— Что-что-что? — Хранитель говорил приветливо и мягко. — Ты, кажется, решил что-то запретить Сыну Клана, Харнат Дубовый Корень из Семейства Прешта?
— Я... я хотел... — в ужасе опомнился дарнигар, — туда ведь нужно... очень хорошего воина...
— Предполагается, что я — воин никудышный? — еще ласковее спросил Ралидж. — Почтеннейший, каждое слово все глубже и глубже заводит тебя в трясину.
Все замерли. Харнат покорно склонил голову под твердым взглядом своего господина.
— В Аршмире говорят, — примирительно улыбнулся Сокол, — не бунтуй против капитана в шторм, дождись тихой погоды... Итак, отряд возглавлю я.
(«Разумеется, возглавлю! — негодовал Орешек. — А потом пойду и убью медведя голыми руками!»)
— В этом плане есть слабые места... — осмелился вставить Аджунес. — И вообще это значит — ходить по краю пропасти...
(«Ходить по краю пропасти? — безнадежно взвыл Орешек. — Да я ж прямо живу на этом краю! Я там скоро кровать поставлю!»)