— Усыновление!

После короткого молчания разноголосый вопль потряс площадь. Люди пытались объяснить друг другу, что же произошло на их глазах, — в полной уверенности, что сосед ничего не понял. В толпе вспыхнули драки. Стражники, ошеломленные не меньше прочих, не разнимали дерущихся.

— Мы, Дети Кланов, не прибегаем к усыновлению, даже когда гибнет Ветвь, — возвысил голос Даугур. — Но любой Сын Рода или Семейства расскажет, что во время этого обряда человек умирает — и вновь рождается на свет, уже иным. В этом суть усыновления: минуя Бездну, человек получает новое рождение. Разве не это нужно нам сейчас? Презренный раб оскорбил Клан — он умрет за это! А тот, кто появится на свет в миг его смерти, будет с иным именем жить для славы Клана! Где здесь нарушение законов? И где здесь черная неблагодарность?

Каррао пробился к судейскому возвышению сквозь забывшую почтение толпу и с ходу ринулся в бой.

— Верно! — прокричал он. — Закон соблюдается и в другом: тело усопшего не будет предано костру! Это тело еще пригодится самому усопшему!

— Чего-о? — в ужасе переспросил женский голос.

— Но в обряде усыновления, помнится, предусмотрен именно костер, — возразил Волку чей-то возмущенный баритон.

— Для вида! — победоносно отозвался Каррао. — На самом деле огонь тела не касается!

— Так и смерть же — для вида! — протестующе возопил баритон. — Будем обманывать собственных предков?

Ух, что тут началось! Какая буря взметнулась вокруг! Мужчины и женщины со знаками Кланов на одежде повскакали с мест, волной прихлынули к возвышению; они негодовали, восторгались, гневались, потрясали в воздухе кулаками... Кто поминал Безликих, кто Многоликую, кто призывал на голову Даугура проклятие Двенадцати Магов...

Некий Вепрь, особо умный и шустрый, подтянулся на краю судейского возвышения, вскарабкался наверх и зычно пробасил:

— Ну о чем мы спорим, о чем думаем? Был уже такой случай, был! Триста лет назад! Когда Драконы за неслыханные подвиги усыновили героя и... у-уй!

Особо умного стащили вниз, но было поздно, король уже услышал. Перегнувшись через перила ограждения, Джангилар азартно закричал вниз, туда, где еще гудел бас Вепря:

— А я, между прочим, не стыжусь своего происхождения от этого великого человека! И любой из вас гордился бы таким предком!

А с другой стороны кто-то визжал, обращаясь к Даугуру:

— Ну и какая же Ветвь примет этого ублюдка к себе? Какая Ветвь согласится на сына, которого когда-то можно было купить на рынке?

— Ветвь, которая не может выбирать! — твердо ответил на визг Даугур. — Ветвь Левого Крыла. Там теперь остается лишь один старик, с ним я как-нибудь договорюсь — усыновит!