Я двинулся следом, понимая, что в этот момент целиком завишу от помощи своего друга.

У самой ели я заметил огромную кучу хвороста, а медведь буркнул:

– Полезай в мою яму… Оттуда с ними говорить будешь.

И я сбросил мешок под ель и полез под хворост, именно там располагалась огромная яма уходившая основным своим объемом под еловое корневище. Правда, я не стал заползать слишком глубоко – во-первых, там я вряд ли смог бы как следует расслышать подходивших людей, а во-вторых… дух та был тяжелый… слишком уж… звериный дух!

Из-под кучи валежника мне достаточно хорошо была видна часть парка перед елкой, я даже разглядел пару-тройку охранных огоньков. Семен улегся рядом с сосной, не закрывая мне обзора и мгновенно превратившись в еще одну… кучу не то мелкого хвороста, не то опавших листьев. Совсем недалеко раздалось резкое, обиженное тявканье лисицы, и я не сразу понял, что лис просто повторяет разговор подходивших людей.

– Вон та ель…

– Да вижу я…

– Шептун под самой елью будет ждать?..

– Не знаю, сказали – ель ориентир… За ограду не полезем, нам с медведем ломаться ни к чему…

«Похоже, двое идут…» – Подумал я, и в этот момент лис замолк, но его лай подхватил другой лис.

– Вон ель… уже ограду видно…

– Вот у ограды и встанем… только что нас не видно было…

– Хоть бы он в нашу сторону не побежал, не хочется мне с Шептуном связываться.

– Боишься?..

– Говорят, хороший Шептун может душу из тела вышептать!..

– Ну да, вышептать… Слушай разных…

«Еще двое…» – Отметил я.

И вдруг совсем с другой стороны донеслось яростное карканье. Вот только вороний язык я понимал совсем плохо, ясно было только, что ворона чем-то недовольна.

Тут Семен, словно бы сообразив, что я не понимаю птицу, пробурчал едва слышно:

– Еще двое… один не хочет подходить близко к моему месту, а второй ругается… Не хочет горло драть!..