Я хотел всего лишь жить. Жить и видеть солнце, травы и деревья, наслаждаться пением птиц, купаться в чистых ручьях. Я хотел забыть ужасный Тартар, забыть, как предал своего отца и как собственный сын потом предал меня. Я хотел забыть всё, что связывало меня с прошлой жизнью в лице Кроноса.

Я хотел малого…

Мужчина в костюме рассмеялся:

— Твоим словам нет веры более, предатель и убийца! С самого начала ты планировал вернуть власть над миром! Ты поработил Ареса, а затем охмурил и Персефону!

— Ты заблуждаешься! — По скулам Хрона прокатились желваки. — Я не стремился к власти! Мое единственное преступление — убийство Зевса!

Незнакомец покачал головой, цыкая:

— Ты стал хуже змеи, Кронос. Ты лжешь, обвиняя во лжи других. Хорошо хоть, что признал свою вину частично. Но зачем ты продолжаешь издеваться над Персефоной? Разве не хватило тебе той боли, что уже причинил ей своей подлой ложью?

Красивое лицо Коры исказила гримаса настоящей, сильной боли. Но не телесной — Николай уже не держал девушку. Боль шла из самого сердца.

— Как ты мог, Хрон… Как ты мог… Лжец!..

Девушка закрыла лицо ладонями и тихо зарыдала.

Хрон же покрылся пленкой холодного пота. Он уже не знал, что думать, говорить и делать. Он утратил сам себя, едва воспоминания вернулись.

— Кора! — обратился он. — Я не врал тебе ни в одном слове! Этот человек не прав, утверждая, будто я стремился к мировому господству! Я не стремился! И я не делал тебя инструментом в том стремлении! Потому что не было самого стремления!

— Ты использовал свой проклятый Градус, чтобы стереть всё из моей памяти! Ты думал, я не вспомню этого? Я вспомнила! Ты сделал меня смертной, заставил полюбить себя, а потом вычистил мою голову, чтобы я ничего-ничего не помнила! Ты использовал меня!..

— Это не так, — отпирался Хрон. — Вернее, это не совсем так, Кора! Я хотел лишь, чтобы ты позабыла Аида и его подземное царство, чтобы ты не помнила о своем прошлом, которое непременно пугало бы тебя, следовало за тобой по пятам. Я сделал это по одной единственной причине: чтобы ты была счастлива!

— Я не верю тебе, Хрон, — сквозь плач говорила Кора. — Ты признал свою вину в смерти Зевса, ты использовал Ареса как зомбированную куклу, ты… Ты обманул меня, заставил полюбить, хотя сам никогда никого не любил…

— Нет же! — воскликнул Хрон. — Кора, я любил тебя! Я люблю тебя! Я каждый раз спускался в Аид только лишь потому, что по возвращении меня ждала встреча с тобой! Я стал пешкой в чужих руках, я стал такой же марионеткой, как Арес!

Незнакомец рассмеялся вновь.

— О, здесь ты прав, Кронос! Не только тебе в голову пришла гениальная догадка, как выбраться из Тартара! Твой отец Уран поступил точно также и отдал свое бессмертие в пользу свободы. Он шел по пятам, Кронос, он предугадывал каждый твой шаг, он был твоей тенью, пока создавался Градус, пока свершалась месть Зевсу, пока в голове твоей дозревал план возвращения могущества. И в определенный момент Уран вышел на сцену, дабы подлый сын его Кронос узнал истинное могущество своего отца.