К тому же Мятежник не любил тянуть время. Если Селебры хотят идти с ним, пусть выступают сразу. У Кавотти была собственная большая колесница, запряженная шестеркой гуанако. Обычно он путешествовал в сопровождении шести телохранителей, трех из которых сегодня заменил на Орлада, Ваэльса и Дантио, заметив, что Орлад и Ваэльс легко компенсируют отсутствие боевых навыков у Дантио. Он был бы прав, если бы они полностью пришли в себя после тяжелого путешествия через перевал. Фабии Кавотти предложил втиснуться рядом, если она пообещает не дышать, и та пообещала. Орлад рассчитывал на откровенный разговор Героя с Героем, но сразу понял, что в колеснице для этого слишком тесно.

Его возницей оказался вожак стаи Таббео, закаченный в боях ветеран, утверждавший, что собственными руками — и зубами, естественно — прикончил семерых вигелиан. Орлад мог похвастать и большим числом жертв, но Таббео интересовали сыновья Храга. И еще он охотно выслушал рассказ Орлада о Салтайе, терпеливо поправляя его ошибки во флоренгианском.

Местность вокруг была покрыта буйной растительностью и радовала глаз. Орлад невольно вспомнил детство, которое прошло среди однообразных болот Нардалборга. Да и животные здесь были другие, и деревья, и дома… Лишь погода оставалась такой же: солнце то и дело сменялось дождем. Хотя дожди здесь были заметно теплее. Кавотти сразу велел ехать быстро, и они часто меняли гуанако. Официально считалось, что эти земли находятся под контролем Стралга, но Кавотти изменил соотношение сил, и местные жители охотно оказывали ему помощь.

Он запросто путешествовал по ночам; спал пару часов и снова отправлялся в путь. Перерывы на еду продолжались ровно столько времени, сколько требовалось, чтобы запрячь новых гуанако. Усталость окутала Орлада, точно туман. В следующие три дня он едва ли обменялся несколькими словами с остальными, хотя ему ужасно хотелось узнать, что Фабия сумела почерпнуть из беседы с Мятежником. Он так и не успел с ней поговорить, когда они въехали на ферму возле Монтеголы, располагавшуюся совсем недалеко от Селебры.

* * *

Орлада разбудил стук колес и неожиданный запах сена. Он сразу вспомнил, что они в Монтеголе. Отсюда уже было видно Селебру — так ему сказали; утром он сможет взглянуть на родной город. Очевидно, солнце уже взошло, и ему показалось, что наступающий зимний день будет жарким. Ваэльс спал рядом. Орладу потребовалось всего несколько мгновений, чтобы превратить одеяло в хламиду и соскользнуть вниз по лестнице. Когда он остановился на пороге амбара, чтобы оглядеть двор, Орлад услышал, как по лестнице спускается Ваэльс.