Вот и отдых этот, блаженный покой, тоже слишком хорош, чтобы долго продлиться — на президентскую лужайку угрожающе наползала длинная узкая тень.

— Привет, — сказал Седрик Хаббард.

— Сам ты такое слово, — сказал Абель. — Садитесь, пожалуйста, в кресло.

Седрик опустился на колени и протянул для рукопожатия здоровенную мозолистую лапу. Из одежды на нем были шорты, сапоги и бластер. А еще — умопомрачительный загар и клочкастая рыжая щетина. Морда героя выглядела на удивление угрюмо, зато нос его почти вернулся к нормальным размерам и форме. Да и костесращивалки на правой руке не наблюдалось — хватит, значит; хорошенького — понемножку.

Абель видел иногда Седрика, но все издали, случая поговорить как-то не представлялось.

— Ну и как относится к тебе мир? — вопросил он. — Я хотел сказать — этот мир.

— Прекрасно.

Абель предпочел бы услышать побольше энтузиазма в голосе.

— А как принцесса, в порядке?

— Да! Да, у нее все прекрасно.

По лицу Седрика расплылась очень глупая улыбка. Вот и Эмили тоже — смотрит на меня, а у самой такая же улыбочка, да и я, вероятно, в аналогичные моменты выгляжу аналогичным образом. Или Элия при разговоре о Седрике. А как улыбалась Ад ель Джилл, когда где-нибудь рядом появлялся Барнуэлл К. Багшо? Странные они все-таки существа, эти люди.

— Все, говоришь, прекрасно? И никто в тебя больше не стреляет?

Седрик чуть надулся и помотал головой. На правой его щеке все еще пламенел ожог — бандитский лазерный пучок чуть не уложил народного героя прямо на второй день заселения. Подлого террориста так и не отловили, однако не было сомнений, что стрелял кто-то из изоляционистов. Не возникало сомнений и в том, что жалкое покушение стало бы вполне доброкачественным убийством, не сшиби Элия Седрика с ног примерно за миллисекунду до выстрела.

Мрачное молчание явно нуждалось в разрядке.

— Ты бы не хотел выпить пива? — любезно предложил Абель.

— Да, пожалуйста!

— Вот и я бы хотел, — печально вздохнул Абель. Седрик окинул его неприязненным взглядом, а затем устроился поудобнее, скрестил свои метровые ходули.

— Ну и что ты намерен с ними делать? С изоляционистами.

— Загоним на Дьявольский остров, пущай себе изолируются. Собственно говоря, большую часть этой шпаны мы уже перевезли, только наврали им, что остров — Райский.

— А как в действительности?