— Полагаю, что да.

— Или же оставайтесь на своих прежних позициях, и тогда вы, конечно, умрете сегодня на поле битвы вместе с Престимионом, Септахом Мелайном и всеми остальными. Это единственный возможный исход. Звезды указывают, что победа будет за нами. В результате не может быть ни малейшего сомнения.

— Ни малейшего, вы говорите?

— Ни малейшего, — подтвердил Гонивол. Он снял шлем, выпустив на свободу свою густую шевелюру, и протянул руку Свору. — Вы получили наше предложение. Теперь скажите мне, что вы обдумаете его, и после этого мы сможем вернуться на свои места.

Свор легко прикоснулся к ладони Гонивола.

— Оно будет подвергнуто самому тщательному осмыслению, — ответил он. — Передайте это короналю лорду Корсибару. И сообщите ему также, что я с самой большой теплотой вспоминаю о нашей дружбе прежних дней.

Он отвернулся от своего собеседника, вскарабкался на скакуна и рысью поехал обратно к позициям Престимиона, думая с некоторым удивлением о том, на что это может быть похоже: быть шурином короналя и мужем леди Тизмет. И все, что он должен был бы сделать, чтобы достичь этого положения, это совершить предательство по отношению к Престимиону. То же самое, что уже сделали Гонивол, Олджеббин, Сирифорн и Дантирия Самбайл. Получилась бы выгодная сделка. Измены в эти дни приобрели характер эпидемии.

— Ну, — спросил его Престимион, когда Свор вернулся. — Что он вам так хотел сообщить?

— Что я получу хорошее вознаграждение, если предам вас и склоню на то же самое некоторых из ваших командиров.

— А-а, — протянул Престимион. — Так вот о чем он хотел с вами поговорить. А насколько хорошее вознаграждение?

— На самом деле очень хорошее, — ответил Свор, ничего не объясняя.

— И что вы сказали ему в ответ? — поинтересовался Септах Мелайн.

— Ну конечно, что я очень тщательно и всесторонне все обдумаю, — сказал Свор. — Ни один разумный человек не сказал бы ничего другого.

9

9

Весь день и почти всю ночь две армии неподвижно стояли одна против другой по сторонам Белдакской низины, а когда уже близился рассвет, Престимион отдал приказ атаковать Тегомарский холм.

— Они хорошо укрепились, — напомнил Септах Мелайн.

— Да, я вижу… Мы снова ударим по их самой сильной точке: если проломим там, то и остальные уступят достаточно быстро.

Силы сторонников Корсибара располагались единой мощной и твердой массой вдоль всего гребня холма. Они стояли плечом к плечу, образуя несокрушимую стену щитов. Передовая линия роялистского войска — могучие воины, одетые в кольчуги, вооруженные длинными метательными копьями, обоюдоострыми мечами и тяжелыми боевыми топорами на длинных рукоятях — производила пугающее впечатление. Пока еще было невозможно разглядеть, что находится за нею, но Престимион догадывался, что великое множество людей должно скрываться в лесу и на восточной стороне холма. Наездники иераксов, поднявшись с рассветом на своих птицах в воздух, подтвердили это предположение: войска тянулись далеко на восток, насколько хватал глаз.