Престимиону было ясно, что жителя Маджипура уже очень устали от борьбы между королями, которая принесла такой вред общему благосостоянию, привела к всеобщей неуверенности в завтрашнем дне и враждебности в обществе. Он также видел, что грех Корсибара — захват им власти — со временем получил все большее осуждение в народе. Все больше и больше людей и представителей других рас теперь считали Корсибара виновником всех бед; причем не только те, кто принял на веру рассказ о том, что он является метаморфом, хотя таких было очень много. Не было практически никого, кто не желал бы возвращения мира к исконному порядку. И они с надеждой взирали на Престимиона, ожидая, что тот вернет все на свои места.

А ведь они получали и ночные послания от Повелительницы Снов Кунигарды, в которых она клеймила позором Корсибара и Конфалюма и хвалила Престимиона. Слова Кунигарды все еще имели очень большой вес в мире, тем более что Роксивейл, новая Хозяйка Острова, пока еще не начала разговаривать со спящими умами. Судя по всему, Роксивейл смогла завладеть Островом, но так и не сумела утвердиться там в качестве Хозяйки.

Несмотря на то что все, казалось, складывалось в его пользу, Престимион вовсе не чувствовал уверенности в том, что корона Маджипура свалится ему в руку, словно созревший плод с дерева. Да, граждане планеты могли быть на его стороне. Народная поддержка тому делу, за которое он боролся, могла увеличиваться с каждым днем. Но это вовсе не обеспечивало ему безусловной победы. Все должно было решиться лишь при встрече со всеми силами армии Корсибара. На востоке его ждал страшный противник.

Маршрут восточного похода в значительной части совпадал с тем путем, каким Тизмет и Мелитирра двигались во время своего бегства из Замка, Женщинам не доставляло никакого удовольствия вновь видеть унылые места, пробуждавшие в них мрачные воспоминания о перенесенных тяготах, во время которых они не могли рассчитывать ни на чью помощь. Сейчас они, по крайней мере, путешествовали с большим комфортом, чем прежде, и в безопасности. Город за городом миновали они по пути: Катриан, Фрист, Дрон, Гунзимар, Ганнамунду, Кессилрог, Скейл, а потом вышли на засушливое пыльное Сайсивондэйлское плато и прибыли в город Сайсивондэйл.

В Сайсивондэйле, тоскливом средоточии похожих как две капли воды гигантских пакгаузов, с улицами, единственным украшением которых служили мрачные пыльные камагандовые пальмы и прозаические кусты лумма-лумма, сторонники культа Зрящих устроили для Престимиона большой фестиваль, который назвали Шествием Святынь. Отказаться от участия в нем значило бы нанести верующим тяжелое оскорбление, и поэтому Престимион занял предложенное ему почетное место, с которого взирал на проходивших мимо певцов и танцовщиков, девушек в белом, усеявших дорогу цветами халатинги, гигантскую женщину в крылатом облачении, несшую двуглавый священный деревянный посох, посвященных с выбритыми и намазанными блестящими кремами головами.