И мне подумалось: одно из двух – или Благие Прародители ушли, и не только из этой, уллинской, Хижины, а совсем, навсегда из нашей жизни, чего, конечно же, просто не может быть, или… или я им теперь никто, они меня не признают – и поэтому я их не чую! И так оно, подумал я, и есть: я им никто, я не из рода Хрт, я подкидыш, и Владивлад часто об этом говорил, и многие другие говорили и даже кричали… а теперь я и сам точно об этом знаю! И знаю, где мой настоящий дом и кто мои родители. Поэтому Хвакир меня душил, и поэтому…

А дальше я подумать не успел, потому что Владивлад вдруг сказал:

– А ты, наверное, забыл о нашей с тобой первой встрече.

Я ничего на это не ответил, я только подумал, что Хижина – это совсем не то место, где можно вспоминать былые обиды. Но Владивлад опять сказал:

– О встрече, ярл. Но не о той, когда ты приходил сюда вместе с Хальдером, а о еще куда более ранней, о нашей самой первой с тобой встрече. Тогда ты был еще не ярлом, а ярличем. Ярлом был твой отец. Мы тогда прибыли в Ярлград – я, глурский Вальделар и тэнградский Бурилейф. Вы нас встречали у ворот – ярл, ярлова и ты. Тебе тогда было всего года два, не больше, и поэтому ярлова держала тебя, как малого, за руку. Мать помнишь, нет?

Я промолчал, не зная, что на это и ответить. А Владивлад сказал:

– Я знаю: помнишь. И поэтому ты выбрал Сьюгред – они же между собой очень похожи. Плохо без матери?

Но я опять молчал. Я вспоминал, я пытался хоть что-нибудь вспомнить, но, конечно, ничего мне не вспоминалось. А Владивлад еще немного подождал, а потом вдруг сказал уже вот что:

– Олисава, жена Ольдемара, была очень хороша собой! И умна она была. И строга. И щедра. Я Ольдемару часто говорил: «Завидую тебе». А он смеялся, отвечал: «А сыну моему уже не только один ты, а все будут завидовать!». И это правда, потому что твоя Сьюгред тоже очень хороша. Вот только кто теперь будет тебе завидовать? Теперь только один Нечиппа. Да и это, похоже, ненадолго!

Тут он замолчал и нахмурился. А я сказал:

– Все это очень странно слышать. Теперь ты вроде как признаешь меня сыном Ольдемара. А раньше никогда не признавал. Как это понимать?

– А так! – очень сердито сказал Владивлад. – Потому что раньше я видел одно. А теперь мне кажется, что я вижу другое. А завтра я, может, увижу еще что-нибудь. И я еще больше скажу, Айгаслав! Что я вот уже сколько лет смотрю на тебя, но всё никак не пойму, ты это или нет. Вот почему я раньше говорил, что ты подменный ярл, раньше это было можно. Ну а теперь в Нашей Земле настали такие непростые времена… что я уже не только тебя рад признать Ольдемаровым сыном, но и Нечиппу называю Барраславом. И выхожу с ним заодин. Вот так-то, брат!