Страшила ожидал от Наэварры пламенных речей, призывов, бешеного фанатичного блеска в глазах, но его постигло разочарование. От эльфа веяло непробиваемой уверенностью – и только. Вридаль оказался крепким орешком.

– Запоминай. Ты поедешь на лошади, взятой у харчевника, наденешь какие-нибудь обноски, чтобы изобразить из себя местного жителя, – сказал эльф Зирвенту. – И чем лучше ты будешь играть свою роль, тем больше у тебя шансов выполнить задание.

Шляпа Зирвента приподнялась. Его волосы встали дыбом. Страшила поправил шляпу, чуть надавив на тулью пальцем.

– А если я не смогу? – пропищал студиозус.

– Сможешь. Ваганты любят представления, театр, так?

– Так.

– Выступать обожают, как я слышал.

– Обож… ну и что?

– То, что я сказал ранее. Представь, что это твоя лучшая роль.

– А если меня прикончат?

– Значит, такова твоя судьба. Веришь в судьбу, человек?

– Нет.

– Тем хуже для тебя. Зато, видимо, веришь в деньги.

– Верю.

– Это очень по-человечески… За свою поездку ты получишь пятнадцать золотых флоринов.

– Двадцать? – пискнул студиозус.

– Нет, пятнадцать.

– Ладно, но это грабеж средь бела дня!

– А я разбойник и злодей, разве ты не слышал?

Зирвент вытаращился на него.