К нему пришла уверенность в своих силах. Последние несколько недель он усиленно занимался, развивая свою сверхнормальность. Конечно, абсолютной уверенности в себе у юноши не было, но он понимал: вряд ли еще когда подвернется столь удачная возможность. Это шанс, который посылает ему судьба.

Должно быть, Мерит где-то в крепости: или наблюдает за битвой из окна какой-нибудь башни, или, что более благоразумно, находится в одной из подземных комнат. Но интуиция повела его в Большой зал.

Он вошел в зал как раз тогда, когда Мерит показалась в противоположной арке. Она казалась спокойной, но лицо ее было как восковое, а рот упрямо сжат. Увидев, что Рилиан жив-здоров, она остановилась, ее застывшее лицо оттаяло. Над их головами, как дикий зверь, прорычал взрыв, пол под ногами задрожал, а с потолка посыпалась штукатурка. Мерит сделала несколько неверных шагов в его сторону, и Рилиан бросился ей навстречу.

Мгновением позже они стояли, прильнув друг к другу, и в первый раз змеи не возражали.

Две крошечные серебристые головки ползли навстречу друг другу. Два гибких тела переплелись. Стальной язык зазвенел о другой такой же, и раздалось пылкое шипение:

— Прелессстная Нурбо!

— Сссмелый Крекит!

— Вмесссте в минуту опасссности!

— Ах, опасссносссть придает оссстроту любви!

— Сссссссссс!

Над ними громыхнул еще один взрыв, и Рилиан почувствовал, как Мерит вздрогнула. С потолка снова дождем посыпалась штукатурка.

— Там, наверху, нассстал день Ссстрашного Сссуда? — спросила Нурбо. — Нурбо разделит сссмерть ссс Крекитом?

— Нет, дорогая, — успокоил ее Крекит. — Сссеньор одержит победу.

— И в жизни, и в сссмерти Нурбо верна патриарху Крекиту.

Рилиан воспользовался тем, что влюбленные змеи были заняты друг другом, и быстро шепнул:

— Мерит, я попробую. — Ее глаза, всего в нескольких дюймах от его глаз, расширились, и она с сомнением покачала головой.

— Кипроуз занят другим. Самое время. По-моему, я готов. Я верю, что смогу сделать это.

Как бы тихо он ни говорил, их разговор не ускользнул от внимания Крекита, который изогнулся и спросил с подозрением:

— Что сссказал? Что сссказал?

— Ничего.