— Кто знает. — Холлидей снова посмотрел на толпу нобилей. — Пожалуй, нам лучше приступить к делу, а то они с минуты на минуту начнут друг в друга швыряться апельсинами. — Он склонился к помощнику: — Крис, передайте герольдам, чтобы они призвали присутствующих к тишине. Потом ступайте к коменданту тюрьмы — скажете, что мы готовы к рассмотрению дела Сент-Вира.

* * *

Ричард вместе с комендантом терпеливо ждал в аванзале, под завязку набитом стражниками.

— Честное слово, — уверял комендант своего подопечного, — вы отродясь не видали таких кинжалов, какие имелись у того иноземца. Каждый размером с локоть, а уж сбалансированы они, ну боже мой…

Закончить ему не дали, двустворчатые двери распахнулись так, словно аванзал был тюремной камерой, и перед взорами находившихся там людей предстало величественное зрелище: зал высотой в четыре человеческих роста с высокими окнами, сквозь которые лился солнечный свет, окрашивая золотом изразцовую отделку и резное дерево. Прежде чем вступить в эти врата, комендант отряхнул колени, а Ричард одернул камзол.

С близкого расстояния картина производила еще более головокружительное впечатление. Ричард был потрясен стенами, отделанными столетним дубом, витым орнаментом, покрытым свежей позолотой, амфитеатром лиц, огромным количеством людей в нарядах всех цветов радуги и гулом, напоминавшим рев моря. Мечник увидел, что по трем сторонам стоят скамьи, где расселись нобили, а четвертую занимал стол, за которым устроились пэры, проводившие дознание. Алека среди них не было. Но он наверняка здесь. Ричарду стало интересно, что его друг наденет на этот раз. Опять то зеленое платье, расшитое золотом? Коль скоро Алек заключил союз с герцогиней Тремонтен, он должен принять участие в заседании. Сент-Вир представил, как славящаяся своим умом герцогиня одаривает Алека тем же долгим, оценивающим, но вместе с тем и веселым взглядом, каким удостоила в театре Ричарда, и мурлыча произносит: «Так, значит, у тебя все-таки хватило ума отказаться от прозябания в бедности? Как кстати! У меня есть для тебя дело…» Но в чем суть этого дела? Ричард терялся в догадках. Видимо, направив Алека на Совет, она тем самым хотела заявить во всеуслышание о его возвращении. Несомненно, в ее отношениях с Феррисом наметилась трещина, не исключено, что она решила отказаться от плана устранения Холлидея и послала Алека, чтобы остановить Сент-Вира. Ричард вполне допускал, что, если за спиной Алека стояла герцогиня, друг смог бы вытащить его из передряги ничуть не хуже Ферриса, причем цену за это пришлось бы заплатить меньшую. Вряд ли Алек стал бы желать Ричарду зла.