– Ты прекрасно знаешь, как это следует понимать. С каких это пор для тебя стало важно, чего я хочу? Ты всегда делаешь, что хочешь, не считаясь с тем, что я могла бы сказать по этому поводу. В конце концов, я всего лишь нечто, принадлежащее Ордену, разве не так? Я бы сказала, что ты хочешь того, чего хотел всегда – в конце концов убить меня.

– Убить тебя? – Она развел руками. – Что заставляет тебя думать, что я собираюсь убить тебя?

– Твои самооправдывающие действия.

– Самооправдывающие действия? – Он искоса взглянул на нее. – Едва ли я нуждаюсь в оправданиях. Я Джегань Справедливый.

– Ты забываешь, что именно я назвала тебя так. Я сделала так не потому, что это соответствует правде, а для того, чтобы сокрыть правду. Чтобы создать впечатление, которое послужит целям Ордена. Именно я создала этот образ, понимая, что неразумные люди будут верить в это просто потому, что мы провозгласили это. Но если от тебя потребовалось бы соответствовать этой роли – ты бы не справился.

Клубящиеся призрачные формы в его глазах еще более помрачнели, сгустившись до кромешной тьмы, напомнившей ей черную, как сама преисподняя, шкатулку Одена, что она привела в действие от имени Ричарда.

– Не понимаю, как ты можешь говорить такое, Никки. Я всегда был более чем справедлив с тобой. Я открывал тебе вещи, которых не открывал другим. Зачем бы я делал это, если бы хотел убить тебя?

Никки лишь нетерпеливо вздохнула.

– Ну так скажи то, что хочешь сказать, или проломи мне голову, или отправь в пыточные шатры. Мне эти твои игры совсем неинтересны. Ты веришь в то, во что хочешь верить, независимо от реального положения дел. Ты знаешь, и я тоже знаю, что все, что бы я ни сказала по какому-либо поводу, не будет иметь никакого значения.

– Все, что ты говорила, всегда имело значение. – Он протянул в ее сторону руку, и напряжение в его голосе возросло. – Да ты и сама сейчас рассказала, как назвала меня Джеганем Справедливым. Это была твоя идея. Я прислушался к ней и использовал, потому что это была хорошая идея. Она служила нашим целям. Ты все сделала правильно. И ведь я говорил тебе еще раньше, что, когда эта война будет закончена, ты будешь стоять на моей стороне.

Никки ничего не ответила ему.

Он сцепил руки за спиной и сделал несколько шагов в сторону.

– Ты любишь его?

Никки вновь бросила украдкой взгляд в сторону. Кэлен сидела на ковре, наблюдая за ней. Ее лицо выражало озабоченность от ощущения повисшей в воздухе угрозы. Оно выглядело так, будто Кэлен хотела сказать Никки, чтобы та прекратила провоцировать этого человека. Хотя, выражая обеспокоенность по поводу того, что мог сделать Джегань, оно показывало и заинтересованность услышать ответ на вопрос императора.