Перед тем как стать графиней Леонтиной, он предполагал, что способ обрести счастье – это родиться аристократкой, обладательницей замка и большого семейства.

До того, как стать Зеноном, он считал, что решение всех проблем – жизнь на свежем воздухе, на морском берегу.

Раз за разом он рассчитывал на выигрыш в силу сочетания неких талантов. Потом сама жизнь, непосредственный опыт, ставила пределы его желаниям.

До его рождения мальчиком Рене, в 112-й жизни, предыдущее воплощение, 111-я жизнь в виде монаха Фируна, желало постичь историю и разглядеть истину за изгородью официальных версий и легенд. Ему хотелось жизни «демистификатора» в демократической стране, в мирное время, чтобы не становиться свидетелем тех сцен, которые разыгрывались на его глазах в Камбодже.

Что до способности возвращаться в прошлые жизни…

Что, если Фирун сформулировал и эту способность в своем перечне желаний для следующей жизни? Это сохранило бы память о нем в случае damnatio memoriae… Да, кое-какие события должны были побудить его к борьбе с забвением истины. Круг замкнулся: Фирун спас память о себе, наделив меня любознательностью к истории и умением возвращаться в мои прошлые жизни.

Рене Толедано звонит дежурному и заказывает обильный завтрак: омлет, апельсиновый сок, разную выпечку, масло, джем, блины, вафли, даже жареный бекон.

Черт, я пропустил вчерашнюю встречу в 23:23!

Геб занят либо строительством корабля, либо сексом с Нут. Даже хорошо, что я предоставил ему свободный вечерок.

Опал шевелится под простыней, потом сбрасывает ее. На ней только трусики и футболка. Он невольно на нее засматривается. Без одежды и косметики видно, какая у нее белая и веснушчатая кожа.

Чем лучше я узнаю эту женщину, тем сильнее она меня потрясает. Она обладает всеми достоинствами: умом, волей, независимым характером, красотой. Она может быстро и без колебаний принимать трудные решения. Бросить учебу, начать выступать в одиночку на сцене, на все махнуть рукой и последовать за мной. Истинный герой не пасует перед выбором. Я поднялся на сцену не по собственному желанию, в меня ткнули пальцем; я не собирался драться со скинхедом, а просто защищался, когда он напал; я не рвался в психушку; не по своему выбору удирал от полиции. Я вроде пассажира в тележке американских горок: кричу, потею, боюсь, но руля от тележки у меня нет.