В официальных французских книгах об истории все эти события либо обходят молчанием, либо освещают скороговоркой.

65.

Волны похожи на огромные заостренные ладони с жемчужной пеной вместо ногтей. Ночь, ливень, гроза, буря. Яхту треплет шторм, ветер раздувает грот и кливер. Рене, стоящий у штурвала, чувствует себя на удивление бодро. Дождь и ветер наполняют его уверенностью вместо того, чтобы пугать.

Я покидаю старый мир, где мне больше нет места.

Особенно сильная волна бьет его в лицо и опрокидывает навзничь. Он вскакивает и, грозя небу кулаком, кричит:

– Я НЕ БОЮСЬ! ТАК ПРОСТО МЕНЯ НЕ ОСТАНОВИТЬ!

Буря отвечает ревом.

Я спешу навстречу судьбе. Это то, чего я всегда хотел.

Найти свой путь. Изменить то, что можно изменить. Выразить себя истинного вопреки взглядам и суждениям других. Наконец-то я на своем месте. Обожаю!

Опал кричит, перекрывая шум бури:

– Придется попробовать пристать к итальянскому берегу. По радио обещают усиление ветра. Он достигнет 7 баллов.

– Не беда, держимся курса. Вы в порядке? Морская болезнь не мучает?

Она, бледная как полотно, мужественно мотает головой:

– Все хорошо.

– Как только буря немного уймется, я передам штурвал вам, а сам отправлюсь на встречу с Гебом, идет?