Он указывает на Рене:

– Я тоже удивлялся, что стал через 12 000 лет скромным учителем истории с короткой и нервной жизнью.

Джованни прыскает.

– Что тебя рассмешило?

– У нас есть шутка, – отвечает венецианский музыкант. – «Лучше маленькая и нервная, чем толстая и ленивая». Звучит пошловато, но применительно к твоему рассказу приобретает другой смысл. Продолжай, Геб.

– Но потом я понял, что Рене Толедано, родившийся во Франции в свое время, с такой головой и с такой внешностью, – это наивысшее развитие моей души. Неопровержимое доказательство, если оно еще требуется, – это то, что его посетила идея связаться со мной.

– Не только с тобой, со всеми нами, – поправляет Геба Шанти.

– Да. Этот момент – кульминация всего, что мы предпринимали в свои эпохи, возможность избежать забвения в веках, – уточняет Фирун.

Все остальные переваривают услышанное и прикидывают, что из этого следует.

Ямамото того же мнения:

– Жизнь Рене удалась лучше всего. Он больше всего знает и способен собрать воедино крупицы минувшего.

– А ведь верно! – восклицает Зенон. – Я знать не знал ни о каких американских индейцах и китайцах. Только сейчас прозреваю.

Геб продолжает:

– Благодаря своей любознательности Рене восстановил последовательность событий на каждой территории. Ему хватило ума приглядеться к другим вещам, помимо жизни полководцев и их побед.

Германский король иного мнения, для него история войн – наилучший путь для познания истории. Ему хочется возразить, но он сдерживается.

– Я тоже признаю, что не знала о существовании стольких обширных и населенных земель, – говорит Шанти. – Поболтала тут с аборигеном из Австралии. Мне было невдомек, что есть такой континент – Австралия.

– Я знала про Австралию, Китай и Америку, – говорит Леонтина, – но понятия не имела, что там происходит. Никто во Франции не знал, что на Востоке бушуют войны.

– Подтверждаю, мы в Японии в наше время мало что знали о событиях на Западе, – иронизирует Ямамото. – Для нас это были варвары, и только.

– Многие из нас не знали, что есть Антарктида и Арктика, – продолжает Геб. – Один Рене читал книги о культурах пяти континентов, один он пробовал блюда всех кухонь мира, слушал музыку всех стран, имел доступ и к восточной и к греческой философии, побывал на пяти континентах.

– Это правда, – отвечает польщенный Рене, – я сам не отдавал себе отчета, насколько мне повезло. В моем распоряжении поезда, автомобили, самолеты, книги и компьютеры, масса всего, о чем многие из вас даже не догадываются.