– Нет! – закричала Новинья.

Мандачува удивленно уставился на нее:

– Нет?

– Я думаю, – вмешался Эндер, – вам вообще больше не следует сажать людей.

Мандачува застыл.

– Что вы хотите сказать? – спросила Кванда. – Вы расстроили его.

– Полагаю, он будет еще больше расстроен, прежде чем закончится этот день. Пошли, Кванда, отведи нас к ограде, туда, где лежит Миро.

– А что толку, если мы не можем проникнуть через ограду? – поинтересовалась Босквинья.

– Вызовите Навьо, – продолжал Эндер.

– Я приведу его, – кивнула Дона Криста. – Вы забыли – вызвать-то никого нельзя.

– Я спрашиваю: зачем? – потребовала Босквинья.

– Я вам уже говорил сегодня. Если мы решимся восстать, то прервем связь. И тогда – пожалуйста, отключайте ограду.

– Вы что, пытаетесь использовать беду Миро, чтобы подтолкнуть меня к решению? – возмутился епископ.

– Да, – сказал Эндер. – Он один из вашего стада, разве не так? Так что бросайте всех остальных, пастырь, и пойдемте спасать заблудшую овечку.

– Что происходит? – спросил Мандачува.

– Ты ведешь нас к ограде, – ответил Эндер, – и, пожалуйста, поторопись.

Они слетели по ступенькам, ведущим из покоев епископа в собор. Эндер слышал, как Перегрино топает у него за спиной, бормоча что-то о лицемерах, искажающих для личных нужд Священное Писание.

Они пересекли зал. Мандачува бежал впереди. Эндер заметил, что епископ задержался у алтаря, перекрестился и как-то странно посмотрел на мохнатого проводника. Когда они выбежали из собора, епископ поравнялся с Эндером.

– Скажите мне, Голос, – поинтересовался он, – как вы думаете, если мы разрушим ограду, если мы восстанем против Межзвездного Конгресса, мы тем самым положим конец всем ограничениям на контакт со свинксами?

– Надеюсь, – отозвался Эндер. – Надеюсь, что между ними и нами не останется искусственных барьеров.