– Мне нужен час, встретимся у статуи святого Николая.

Прямо у городской границы, он легко найдет мраморную статую покровителя кающихся воров, если пойдет по длинной дороге с окраин, где стоял «Аркхэм», по направлению к городу.

Она повернулась, чтобы уйти, но Джокер схватил ее, и его длинные тонкие пальцы до боли сжали ее запястье.

– Если ты не придешь, – короткий смешок, – ты представляешь, что я сделаю с тобой и всеми твоими.

Она опустила взгляд на сжимавшую ее руку, а потом подняла глаза на бледное, угловатое лицо, которое едва было можно рассмотреть из-за дыма.

– Никогда больше до меня не дотрагивайся, – сказала она.

Джокер завращал глазами – их наполняли жестокость и безумие.

– Мы с тобой здорово повеселимся, я уверен, – пообещал он.

Слова пробежались по ней как скребущие когти по позвоночнику. Она сбросила его руку:

– Не опаздывай.

В коридоре нарастали крики обеих армий. На стороне наемниц было мастерство, а на стороне парней Джокера – численность. И дикая отчаянность.

Когда раздались первые выстрелы и маленькое пространство заполнилось оглушающим шумом, Селина прокралась к маленькому коридору у них за спиной. Она повернула направо и проскользнула через дыру в двери, которая вывела ее за кирпичный фасад на улицу, где стоял ясный осенний день. Впереди были выжженный газон и зияющие дыры в готической ограде.

Вдали выли сирены. Заключенные все еще выбегали, толкались, перелезая через остроконечную железную ограду, и неслись к длинной дороге, которая спускалась с холма, на котором стоял «Аркхэм». Дорога вела в город.

Она знала, что кто-то из них бежал в Готэм не для того, чтобы скрыться.

Кто-то из них бежал в Готэм просто повеселиться.

Селина открыла панель на рукаве костюма и набрала номер, на который не звонила уже много лет.

Она заговорила и вышла за ограду «Аркхэма», не оглядывась на возвышающееся над ней готическое здание лечебницы. Потом она побежала по выжженному газону, мимо облетевших деревьев.

Время.

Она взяла время взаймы.

И скоро нужно будет вернуть долг.