Светлый фон

У Люка свело живот, все внутри будто съежилось от воспоминания о прикосновении Женщины-Кошки, о том, как она провела пальцами по его шраму на груди. Она знала, что его разорвала шрапнель. Привела его в ту комнату и поцеловала потому, что знала: Холли на этот путь ступить не может, но Женщина-Кошка…

Но кто из них настоящий?

Она сюда приехала из-за тяжелого расставания, так она сказала.

Но не с парнем, а с Лигой.

Лигой.

Ему необходимо узнать больше.

И начнет он с того, что найдет все о Холли Вандериз.

все

Глава 30

Глава 30

Придумать Холли Вандериз было так просто.

Она не слишком расстроилась, когда та исчезла.

Селина знала, что целый мир сейчас задается вопросом, что это за светская королева преступного мира?

что это за светская королева преступного мира?

В том числе Харли и Плющ.

Сидя в грязной одиночной камере в трехэтажном тюремном корпусе, считая часы и охранников, которые пожирали ее глазами, вслушиваясь в крики заключенных из камер ниже этажом, Селина тоже задавалась вопросом, простят ли ее Харли и Плющ. За ложь. За то, что она оказалась одной из тех богатых мерзавок, которых они ненавидели.

Сейчас журналисты уже, скорее всего, нашли ее странички в социальных сетях, которые она соорудила несколько месяцев назад: летом в Провансе, зимой в Сен-Бартелеми. Она отфотошопила фотографии, и ее лицо встало как влитое на групповые снимки в клубах, на яхтах и вечеринках, вокруг столов на балах. Для женщины, которой никогда не было, Холли вела на удивление публичную жизнь.

Часы тянулись один за одним.

Они забрали ее костюм и шлем. Натянули на нее белый тюремный комбинезон. В комнате для переодевания, еще до того, как она надела кофту с длинным рукавом, которую ей дали, чтобы носить под этими бледными тряпками, женщина-полицейский ничего не сказала о ее забитых татуировками руках. В холодном тюремном корпусе Селина сидела на койке, накинув на плечи еще и шерстяное одеяло.

По крайней мере, они не отправили ее на подземный уровень – туда, где заключенные получали интенсивную терапию. Но холодное зловоние доходило до нее, поднимаясь сквозь пол. Будто могила манила ее.