– Не можешь уснуть? – шепчет он.

– Нет.

– Как насчет компании?

* * *

Эти несколько часов мы лежим с ним в обнимку и говорим обо всем, абсолютно не боясь, как два человека перед смертью, которым больше нечего скрывать и держать внутри себя. Для меня это словно конец всего. Больше ничего не будет так, как прежде.

Лишь одну тему для разговора Джеймс обходит стороной: то, почему он попал в тюрьму. Как будто мы играем на большом поле, но в самом центре есть темная бездонная яма. Мы оба знаем, что она там, поэтому не подходим к ней близко и играем вокруг нее, где безопасно, и ничто не может разрушить этот прекрасный момент. Поэтому я не спрашиваю, что случилось. Я уже думала над тем, может ли мое знание об этом секрете изменить мое отношение к Джеймсу? И я не знаю. Должно быть, это что-то, о чем даже трудно подумать. Что-то, совсем ему не свойственное.

Самая крепкая дружба и самые крепкие отношения закаляются в самых больших бедах. Моя жизнь с Джеймсом всегда была целым набором трудностей. Я испытывала физическую, умственную, а иногда и эмоциональную боль, и он всегда был рядом со мной. Он был скалой, на которую я могла опереться. Сейчас я с ним рядом, и нигде больше не хотела бы оказаться.

* * *

За тридцать минут до прибытия на Цереру девять кораблей флота подходят максимально близко к нам, чтобы в реальном времени установить связь через коммуникационные панели.

Разведывательные зонды, которые мы отправили ранее, замаскировались под астероиды. Их обшивку мы покрыли реальной скальной породой. Но я не могу не думать, что сущность на Церере смогла раскрыть и их тоже. И если это так, она точно знает, что мы идем.

Вся команда на мостике, пристегнута к своим местам и готова к битве. Нервничают все, кроме Оскара. Он, как всегда, настолько спокоен и собран, что я ему завидую. Ведь мое сердце колотится с частотой тысячу ударов в секунду. Ладони вспотели. Человеческая история изменится здесь и сейчас.

Экран на стене разделен на несколько секторов. Семь черных экранов с мерцающим курсором – это терминалы управления остальными кораблями, а самый большой центральный экран показывает космос перед нами. Вдалеке виднеется Церера: серое пятнышко на черном полотнище. Сперва она размером с кончик булавки, но теперь растет с каждой секундой, как тусклый свет в туннеле от приближающегося к нам поезда. Через пару минут изображение на экране вырастает от ластика до целого кулака. Церера, в отличие от Луны, серая с круглыми кратерами на поверхности. Чем больше она становится, тем яснее становятся мерцающие белые точки. Впервые эти аномалии НАСА обнаружило в 2015 году, и с тех пор о них не утихали споры. Согласно лучшей гипотезе, это лед или соль.