– В пяти милях на север отсюда. На самом деле это природный соляной купол, часть Стратегического Нефтяного Запаса прежних времен. Нефть легче воды, поэтому мы просто закачиваем туда морскую воду, и она всплывает.

У друга уже прорезался небольшой техасский акцент, заметил Питер. Говорит не «нефть», а «нэфт».

– И сколько еще ее там осталось?

– Ну, до хрена, если по-простому. По нашим оценкам, достаточно, чтобы еще лет пятьдесят колонны заправлять.

– А когда она кончится?

– Пойдем искать еще, полагаю. Вдоль хьюстонского судоходного канала должно быть много таких хранилищ. Там, конечно, куча ядовитых веществ, и нариков до фига, но этого надолго хватит. Ближайший купол в Порт-Артуре. Нелегко будет возить ее оттуда, но при наличии времени мы справимся.

Майкл меланхолично пожал плечами.

– В любом случае тогда я вряд ли еще буду здесь, чтобы беспокоиться.

А затем Майкл объявил, что у него для Питера сюрприз. Они пошли в оружейную. Майкл взял ружье, а потом они вышли на стоянку и сели в пикап. Закрепив ружье на стойке, привинченной к полу кабины, Майкл сказал Питеру, чтобы тот садился в машину.

– Куда мы едем?

– Увидишь, – с улыбкой ответил Майкл.

Они выехали за пределы завода и свернули на юг. Поехали по потрескавшемуся асфальту, вдоль воды. В открытые окна врывался пахнущий соленой водой ветер, и стало не так жарко. Питер всего пару раз видел Залив, его древнее величие и размер были слишком велики, чтобы воспринять их умом. Просто дух захватывало. А волны словно гипнотизировали – длинные валы, набиравшие силу и увеличивающиеся, а потом накатывающие на берег в вихре коричневой пены. Глаз не оторвать. Питер знал, что может часами сидеть на песке, просто глядя на волны.

Отдельные полосы берега были вымыты волнами начисто, другие же все еще являли собой свидетельство масштаба случившейся катастрофы. Горы ржавеющего металла, искореженного до неузнаваемости, выброшенные на берег корабли всех размеров, с выбеленными солнцем и морской водой корпусами, или раздетые до шпангоутов, будто гигантские скелеты. Горы всевозможного мусора и обломков, вынесенных на берег приливом и прибоем.

– Ты удивишься, узнав, сколько полезного здесь до сих пор находят, – сказал Майкл, показывая в окно. – Миссисипи очень многое течением выносит, а потом здесь волнами на берег выбрасывает. Всяких тяжелых штук уже почти нет, а вот пластик, похоже, хорошо держится.

Майкл свернул с дороги и ехал вдоль самой воды. Питер смотрел в окно.

– Когда-нибудь видел что-то больше этого?

– Иногда бывает. В прошлом году к берегу прибило баржу с контейнерами. Эта клятая штуковина сотню лет дрейфовала. Мы все от нетерпения дрожали.