Граценбург наблюдал за происходящим словно завороженный, не отдавая команд. Он не мог понять, что делает Олег, ведь его положение было безнадежным и только оттягивало момент смерти.

Шергин, крепко намотав перерезанную веревку на левую руку, закричал:

– Прыгаем!

Лано не успел даже осознать команды, а они уже летели вниз вместе с Олегом и орущим от ужаса Дуду, словно сорвавшиеся в одной связке со скалы альпинисты. Цепь Лано не выпускал из рук. Шергин, падая навзничь, в полете, не целясь, выстрелил несколько раз в центральную часть купола. Только увидев, как сбитый выстрелами шпиль-громоотвод падает на купол, разбивая его на множество стеклянных осколков, Шергин задержал дыхание, и через мгновение и он, и Лано, и Дуду исчезли в призрачном мареве, всего в нескольких метрах от дна хранилища.

– Идиот. Патетичный идиот, – только и сказал Граценбург, хотя в голосе сквозила досада. И, обратившись к охране, добавил: – Как только я уйду, взорвите хранилище. Пусть эти сумасшедшие, если, не дай небо, смогли уйти, вернутся в горы обломков. Тоже достойная смерть.

Через разбитый купол стена дождя летела вниз, вдоль спиралей хранилища, мелкие брызги долетали до Трато.

– Приготовиться, – сказал он и стал у ковчега, скрестив руки на груди.

Контрабандисты, объединив свои силы, стали создавать переход, достаточно большой, чтобы в него можно было пронести ковчег со сферой и провести Трато с частью охраны. Легкое марево стало раскачивать пространство на балконе.

Пушечный залп громового раската прокатился по сводам хранилища. Одновременно не пойманная громоотводом белая кривая полоса молнии пронзила купол и ударила в ковчег, сияющий металлическим блеском в переливах света. Сеть мелких искр, потрескивая злым электричеством, окутала балкон. Заряд, собранный ковчегом, ринулся по толстому проводу к спирали электромагнита вокруг сферы. Магнитное поле невиданной тысячи лет силы сжало сферу и хризопраз. Сфера от происходящего внутри термоядерного синтеза нагрелась и начала светиться. Граценбург стоял напротив сферы и, протянув к ней руку, тихо выл, не зная, что делать. Но долго думать ему не пришлось.

Сфера светилась. Сначала багрово-красным, потом белым, потом голубым сиянием. В какой-то момент свечение стало таким сильным, что в невероятном свете растворились и балюстрада, и купол хранилища. Сфера раскрылась невероятной вспышкой. Все вокруг испарилось в чудовищном взрыве. На месте верхнего этажа хранилища остались только багровые лужи расплавленного камня. А в небо ударил тугой луч, пронизывая пространство и время.