– Если вам что-то понадобится, просто позвоните, – сказал администратор, показывая на толстый шнурок из витых серебряных нитей, что висел над дверью. Он ушел, оставив нас наедине.

– Привет! – сказал я.

– Привет, – Мюр произнесла это слово с осторожностью, словно опасаясь, что я шучу. – Яненадеялась, что ты придешь. Что ты вообще в городе.

– Каждый раз, когда я собираюсь покинуть Риерту, то оказываюсь здесь. – Я сел за стол.

Повисло неловкое молчание. Мы изучали друг друга, словно видели впервые. Она изменилась за прошедшие месяцы. Стала взрослее и… несчастнее.

– Хочу извиниться, – наконец произнесла девушка, держа руки, затянутые в перчатки, на столе и постаравшись не сжимать пальцы в кулаки. – Что разочаровала тебя.

– Разочаровала. – Я не видел причин лгать ей, и уголок ее рта опустился. – Но… тебе не за что извиняться. Каждый из нас преследовал свои интересы. Я изранен памятью войны, в конце концов, надо признать то, о чем мне постоянно талдычит Мосс. Ты же с детства покалечена: тем, как поступили с твоей семьей и всем, что было тебе дорого. Я понимаю, почему ты это сделала – ненависть как пуля, она покинула ствол, она летит, и ничто ее не остановит. Даже тот, кто отправил ее в полет.

– Я хотела подорвать власть Мергена. Если бы только Империя получила монополию на создание…

– Таких существ, как мы, но лишенных тех пороков, что есть у меня, – безумия и скорой смерти. Да. В очень далекой перспективе это могло бы повредить Риерте и ее технологиям, но… все в нашем мире занимает время, Мюр. Дожил бы дукс до этого? Велик шанс, что он даже не узнает о том, что произошло. Его династия сейчас под большим вопросом. Он немолод, наследника нет. Мерген умрет, к власти придет кто-то еще.

– Но…

Я поднял руку, прося ее остановиться:

– Мы рисуем на воде, Мюр, и строим теории, что произойдет или произошло бы. Как я сказал, я не злюсь на тебя и знаю причину твоих поступков. Ты хотела что-то изменить, и я не могу этого не уважать. Что до ошибок – мы все их совершаем. Я сам не без греха и совсем не идеальный герой романа. Мы слишком часто делаем больно тем, кто рядом. Так что твои извинения приняты.

Ее щека дернулась, и она кивнула, опуская глаза:

– Спасибо, Итан. Для меня это важно. И я рада, что ситуация для тебя изменилась.

– Прости? – не понял я.

– Что в итоге твоя цель достигнута, и искиры не получат разработку Хенстриджа.

Я хмыкнул, осмысливая сказанное:

– Ты общаешься с Уитфордом?

– Да. Он счел возможным мне рассказать. Я заварила глупую кашу, погибло много людей, военные Империи теперь в Риерте. А надо было идти не к Сайл, а к Уитфорду.