— Что это?

— Тоже реликт, но моего производства.

Артос надел перстень на палец:

— И что он делает? Я ничего не чувствую.

— И не должен, но этот перстень тянет силу из самого замка, пока замок не захвачен, перстень будет защищать своего хозяина, например, отклонять стрелы и удары оружия, не полностью, конечно, но хотя бы частично. Кроме того, он в ускоренном темпе будет лечить раны, снимать усталость и даже омолаживать организм при длительном ношении.

— Ого! Крутая штука!

— Да, только работать он будет исключительно в пределах замка, а при разрушении замка и его действие будет ослабевать пропорционально разрушениям.

— Я очень благодарен! — Артос склонил голову в поклоне.

Покончив со знакомством и наградами, больше смахивавшими на перевооружение, маг спросил:

— Ещё есть какие–нибудь новости, и кто на нас нападает?

— Единственная новость, заслуживающая внимания, кроме войны, конечно, это то, что пропал Ваш дворецкий, сразу после смерти Лайлы. Вероятно, он и отравил её. Кстати, мы похоронили её со всеми полагающимися почестями, не желаете ли зайти в склеп? — потупился Артос.

— Не надо делать скорбное лицо, — Витольд положил руку на плечо солдата, — убито было только тело мага, я уже сделал для неё новую оболочку. Пока Лайла занята, но думаю, через несколько дней она присоединится к нам.

— Вот как!!! Я очень рад за неё, — у Артоса покатилась скупая слеза, — не могу поверить.

— Не надо верить, через пару дней увидишь сам. А кто на нас напал?

— Могу только одно сказать, это люди, причём фионские, сильных магов я там не видел, во всяком случае, до сих пор они пытались действовать исключительно обычным оружием.

— Ясно. Пойдём на стены, я хочу взглянуть на них.

Они пошли к северной башне, как раз напротив лагеря осаждавших. Присмотревшись к ним, Витольд сказал:

— Наверное, кто–то из моих соседей. Надо узнать наверняка.

— Может, лучше, вы укрепите магически замок?

— Это подождёт, мне нужен наш доблестный гном.