Вася помог Кире сесть на траву. Обследование показало, что дело намного серьёзнее, чем можно было предположить. В области лодыжки кожа припухла, а малейшее движение вызывало сильнейшую боль.

— Или вывих или перелом, — познания Васи в медицине были минимальны, — если я не ошибаюсь, то в любом случае нужно обеспечить полную неподвижность.

— Похоже на то, — вид у девушки был очень виноватый, — только как это сделать?

— Сейчас, я найду какую–нибудь деревяшку, и придётся пожертвовать какой–нибудь одеждой, и зафиксируем ногу.

Сказать гораздо легче, чем сделать, ведь ни Вася, ни Кира с десмургией[63] не были знакомы совершенно. Возня с приспосабливанием лубка к ноге при помощи нескольких лент ткани заняла несколько часов, вконец измотав путников. Надо отдать должное, что Кира терпела боль с поразительной стойкостью. Когда с бинтованием покончили, и нога была более или менее обездвижена, а импровизированные бинты не спадали при малейшем движении, Кира спросила:

— Что делать–то будем? Мы не можем оставаться на одном месте, нас выследят гоблины и съедят.

— Будем пробираться дальше, я тебя понесу.

— Не думаю, что из этого что–то выйдет. Я хоть и лёгкая, но не настолько, чтобы со мной на руках бегать по лесу, а ты тоже, чай, не великан, — Кира с сомнением осмотрела совсем не мускулистое тело Васи.

Атлетическим телосложением он и вправду не отличался, но не зря же над ним поработал архимаг:

— Попробуем, а там видно будет, — Вася попытался своим видом вселить в девушку уверенность, которой у него совершенно не было, — меня архимаг немного тренировал. Пришла пора проверить на практике эффективность тренировок.

Нести девушку оказалось не настолько сложно, как он думал. Посадив её на плечо, он двинулся сквозь лес, в который раз мысленно поблагодарив Витольда де Льеро. Тяжёлая ноша совсем не утомляла, но существенно уменьшила ловкость, что сильно снизило темп передвижения. Теперь они уже не могли ломиться напрямую, и подчас делали значительные круги, обходя особенно густые кусты, деревья с раскидистыми низкими ветками и кучи валежника.

Кира несколько раз порывалась попробовать идти самостоятельно, ведь нога в покое практически не беспокоила, но каждый раз убеждалась, что малейшая нагрузка вызывает просто нестерпимую боль. Да и Василий попытался объяснить ей, что насколько он вообще понимал в повреждениях — покой ей совершенно необходим, а сам он, благодаря фионскому архимагу вполне в состоянии нести такой груз без всякой усталости. Кира только хмыкнула:

— Как–то странно у вас лечат повреждения.