— Пойду, прогуляюсь, подышу, воздух после дождя свежий, мне нравится, — Анжела чмокнула нас со Снежаной и выскользнула из землянки. Намек был слишком очевидным, чтобы его не заметить. Мне нужно было отвлечься от уймы свалившейся на меня информации и вернуть способность воспринимать новую, а ее, как мне казалось, будет еще много. Досталось всем нам троим и немало, но решать, в итоге, мне, это все прекрасно понимали. Присутствовали тут, конечно, и сугубо личные интересы, мои и Снежаны, соскучившихся после довольно долгой разлуки. Так что мы с превеликим удовольствием совместили приятное с полезным. Все в этот раз было немного по-другому, что-то изменилось в наших отношениях, мы стали друг другу и ближе и нужнее. Все было, как в первый раз, но совсем не так, как раньше. Приливы страсти сопровождались неизъяснимой нежностью. Преданность партнеру и стремление доставить ему наслаждение побуждали угадывать желания друг друга. И, когда я чувствовал точно такое же стремление у моей возлюбленной, которая, тоже ощущала мою готовность идти ей навстречу, то удовольствие и блаженство перемножались, поднимаясь гигантскими скачками на пирамиду любви, стремительно перепрыгивая ступени и уровни, стремясь к самой вершине и достигая ее — счастья, полного и абсолютного.

Прекрасная ниаи благодарно поцеловала меня, и вскоре ее дыхание стало медленным и размеренным, я понял, что утомленная и расслабленная девушка уже спит. А мне было не заснуть, мысли, вопреки воле, возвращались к обдумыванию вариантов решения. Картина ситуации уже примерно сложилась, и стало понятно, что кое-каких деталей не хватало. Анжела еще не вернулась. Я, осторожно выскользнув из объятий спящей Снежаны, выбрался из землянки. Поселок спал. В одном из гнезд, которое ветви дерева со стороны поселка не закрывали, внимательно вглядывался в опушку леса часовой. За последнее время перед поселком образовалась довольно широкая просека, которая затрудняла неожиданное появление из леса какой-нибудь неприятности. Надо бы ее еще расширить. Я удовлетворенно хмыкнул про себя, одобрив, таким образом, одновременно, и бдительность сторожа и свою идею. Где же моя инопланетянка? У самой воды, там, где берег реки упирался в ограждающую поселок засеку, сквозь редкие кустики, пробивались отблески костерка. После дождя было довольно свежо, увидев огонь, я это сразу почувствовал и направился прямиком к нему. Мне захотелось погреться, да и было у меня ощущение, что Эййуиль я найду именно здесь. Кто, кроме часовых, еще может не спать в такое время?