— По окончании войны Кулешова — под трибунал!

Семенихин послушно склонил голову.

— Хочу напомнить, товарищ Верховный главнокомандующий, что удар на Петроград изначально планировался как отвлекающий. Захват столицы нам ничего не дал бы. Подошедшие части противника закупорили б дивизию в городе, после чего методично уничтожили. Порт Петрограда служит базой военного флота Новой России, там полно кораблей противника, эвакуация невозможна.

— Могли б послать подкрепления!

— С появлением у Иван-Города наших частей флот противника усиленно патрулирует западное побережье. Десант перехватили бы и уничтожили. То, что нам удалось эвакуировать остатки четвертой дивизии, — неслыханная удача.

Начальник Генштаба с благодарностью посмотрел на наркома.

— А теперь взглянем на стратегическую ситуацию. Рейд дивизии Кулешова вызвал переполох в стане противника. С мест постоянной дислокации были сняты и переброшены под Петроград две кавалерийские дивизии и пехотный корпус. Это почти половина армии Новой России. В результате оголился центр страны, чем мы немедленно воспользовались. На восточном побережье Новой России высажены три кавалерийские дивизии Союза и две пехотные. Не встречая сколь-нибудь серьезного сопротивления противника, наши войска продвигаются вперед. Захвачены три из пяти самых плодородных областей Новой России. Урожай отсюда не успели вывезти. Это миллионы пудов зерна!

— Хочу напомнить, — встрял Курочкин, — никаких реквизиций! Веи — наши братья, мы не должны их обижать. Зерно и другие продукты должны быть выкуплены по твердым ценам!

— Командующему восточной группировкой дан соответствующий приказ и выделены средства. Закупочные цены установлены выше обычных. Нам это выгодно. Зерно обойдется много дешевле, чем по ценам петроградских плутократов, одновременно мы завоюем лояльность крестьян.

— Тем более что с окончательной победой золото все равно станет нашим! — усмехнулся Курочкин. — Похвально, Родион Савельевич! Но как быть с этим Князевым? Его побег — твое упущение!

— Не снимаю с себя вины.

— Мне доложили: Князев до сих пор гражданин Союза и капитан Красной армии! Безобразие!

— Лишить гражданства и звания не трудно. Только зачем? Князев — подданный Новой России, попав в наши руки, становится обычным военнопленным, права которого охраняются законом. А вот гражданин Союза, перешедший на сторону врага…

— Подлежит суду и расстрелу! — продолжил Курочкин. — Умно! Согласен!

— С вашего позволения, товарищ Курочкин, я отправлюсь в действующую армию, где прослежу за исполнением ваших указаний.